Я вроде берусь двумя пальцами за кольцо, подношу его к олигарху, но украшение убийственным образом выскальзывает из моих рук и со звоном падает на пол.

Я пропускаю первый удар сердца.

Если бы не выгодная для Хакимова свадьба, то Арман определенно устроил бы мою показательную казнь при зрителях, что сейчас суеверно перешептываются, разжигают волнения.

Плохая примета уронить кольцо.

- Ничего страшного! – визжит Нина, подбегает к нам и поднимает украшение. Отдает его мне и пятится обратно за арку.

Крепко стиснув зубы, мне все же удается окольцевать Хакимова.

После росписи в официальном документе остается заключительная часть. И она, пожалуй, будет для меня самой трудной.

Я и Арман вновь становимся лицом друг к другу.

На мгновенье все внутри меня замирает, перестаю дышать, когда Хакимов отбрасывает мою фату, освобождая лицо.

Узнал? Да или нет?

Хакимов улыбается.

У меня от природы очень светлые голубые глаза, но Арман слишком пристально вглядывается в них как в темную воду.

Резко выдохнув, олигарх ловит мои руки, так ласково согревает в своих теплых ладонях, что я на секунду даже поверила в его искренность.

- Любовь нельзя объяснить словами, - прилюдно заявляет Арман. – Лишь тот, кто чувствует ее, может понять глубинность этого значения. Алиса, родная, для меня нет никого дороже, чем ты. И не хватит слов на планете, чтобы сказать, как сильно я люблю тебя! Просто почувствуй это между строк…

И я чувствую…

Насколько цинично олигарх клянется мне в любви и вместе с тем очень больно сжимает мои руки.

Хоть Арман и говорил – я подставная кукла, но все же у меня есть душа. Я живая. Так уж вышло, что от услышанного я смутилась и удивленно округлила глаза.

А Хакимову нужно, чтобы я улыбалась, ведь настоящая невеста должна была привыкнуть к комплиментам от такого замечательного человека!

Поэтому олигарх специально причиняет мне боль, возвращает в реальность.

- Я… я тоже буду любить тебя всегда, -  отвечаю. – Ты даже представить не можешь, как мне сейчас с тобой хорошо! – одергиваю руки.

Хакимов как-то неоднозначно сощуривается. Оборачивается к регистратору:

- Теперь я уже могу поцеловать невесту?

Я отшатываюсь и только слышу гул, свисты, бурные аплодисменты гостей.

Успеваю бросить короткий взгляд на бледную Нину, что закусила собственную руку от напряжения. Кажется, с этого дня я еще долго буду ненавидеть подругу.

Предательски краснею, когда Арман сразу двумя ладонями прикасается к моим щекам. Он чувствует тепло румянца, исходящего от моей кожи.

Невольно дотрагиваюсь руками до его груди, не отталкиваю Хакимова, но и не приближаю. Так я возвожу преграду, разделяющую наши тела.

Опять стесняюсь. Ожидание поцелуя заполняет мое сознание до такой степени, что я больше не в силах смотреть Арману в глаза.