Какой-то благодетель изъявил желание поменять окна в игровой комнате для ребятишек на более современные и теплые. Посреди рабочей недели! Естественно, администрация руками и ногами схватилась за спонсора.

- Не зацикливайся на нем мама! – на ходу возмутившись, я заглядываю в комнату и проверяю, как Злата натягивает на себя водолазку, колготки. Самостоятельная девочка. – Этот мужчина всего лишь гость в моей жизни. Мы общались и поняли что ценности наши разные.

- Какие еще ценности? - настигает меня со спины и, схватив за локоть, заставляет обернуться. – Такой мужчина один на миллион, его нельзя упускать.

Эмма смотрит на меня яростно. В ее глазах беснуется огонь. Но мама не повышает тон, чтобы не испугать Злату.

- Ты приглашала его в дом, а мужчина не захотел и на порог войти. Он не звонит мне второй день, значит, имеет дела поважнее.

- А вдруг он приболел? Простудился? – Эмма готова искать оправдание всем, кроме меня. – Напиши ему сама, поинтересуйся. Если потребуется, завези лекарство и мёд.

Ах, только Эмма бы знала, в какие клиники может позволить обратиться Арман, точно не рассуждала о банальном аспирине и мёде. Она успела разглядеть лишь дорогую машину и одежду Армана. Оценить его красоту.

- Я не стану навязываться. Пусти, - вырываюсь и быстрым шагом несусь в прихожую.

Там я накидываю куртку цвета хаки, не глядя в зеркало, натягиваю черную шапку.

Эмма скрещивает руки на груди и медленно подкрадывается ко мне.

- Пока ты здесь строишь из себя недотрогу, другая, более хитрая привезет тому мужчине лекарство. Другая проявит заинтересованность и будет кататься на комфортном авто рядом с ним. Жить в богатстве и роскоши.

- И ладно, - небрежно повязываю шарф. – Мыши за котами не бегают.

- Вот именно, - щурится Эмма, - мыши. А ты должна быть кошкой. Ласковой, покладистой, но чуть что не так выпускать коготки. Я в своей жизни допустила много ошибок, ты-то хоть их не повторяй!

Когда мама начинает меня учить отношениям между мужчиной  и женщиной, мне хочется провалиться сквозь землю. Не потому, что Эмма говорит ерунду, просто у нас никогда не было доверительной связи.

Даже будучи взрослой, я не воспринимаю Эмму как друга. Она  вечно холодная мать, которую постоянно что-то не устраивает во мне.

Такое чувство, что мне снова лет десять, а Эмма отчитывает меня за очередную оплошность на глазах у чужих людей. Эмме нравилось учинять такие спектакли во дворе, школе, автобусной остановке. Неважно где.

- Злата, - специально игнорирую Эмму, - поторопись. Мы идем играть на детскую площадку.

Доченька радостно подбегает к нам. Накидываю верхнюю одежду на Злату, беру свой рюкзак. Взяв малышку за руку, шагаю из квартиры.