В следующее мгновение случилось странное - сильные пальцы последнего представителя военной династии оттон Грэейд неожиданно сжали мой подбородок, и вынудили запрокинуть голову. Это оказалось так неожиданно, что я не сдержала вскрик, попыталась отступить, но удержавший герцог продолжал внимательно разглядывать мое лицо.

— Вы плакали, - вынес вердикт оттон Грэйд.

Я не дышала! В каком-то священном ужасе глядя на герцога. А он продолжал меня удерживать, сильно, властно, и… удерживать!

— Лорд оттон Грэйд! - вновь предприняла попытку вырваться.

— Да-да, я помню, мне требуется священник, - он как-то печально усмехнулся, - но речь не обо мне. Вы плакали. Причина?"

"— Отпустите меня! - сама не ожидала, что это прозвучит почти истерическим криком.

Темные глаза оттон Грэйда словно стали темнее. Значит не только леди не реагируют на повышенный тон. И мне вдруг стало по-настоящему страшно - я принадлежала этому мужчине, целиком и полностью. Его замок, его люди вокруг, его желание здесь единственный закон. С утра это обстоятельство было подзабыто, но в сумерках наши страхи оживают, мой страх продолжал меня удерживать, даже не осознавая, насколько пугает меня.

— Пожалуйста, - тихо попросила я, испуганно глядя на оттон Грэйда.

Герцог медленно коснулся моей щеки. Я вздрогнула всем телом. Отпустил мгновенно. Отшатнувшись на два шага, резко отвернулась к окну, сжимая кулаки до боли, до розовых полумесяцев от врезавшихся в кожу ногтей.

— Леди Уоторби, - начал герцог.

— Лорд оттон Грэйд, для меня и так мало приятного в данной ситуации, и демонстрация вашего физического превосходства была совершенно излишней.

Я обернулась и взглянула в каменное лицо своего страха. Герцога вполне справедливый упрек взбесил, и мне напомнили:

— Леди Уоторби, начнем с того, что я мог и не отпускать!

— Да, - согласилась я, - и вы с нескрываемым наслаждением мне это продемонстрировали.

Лорд оттон Грэйд с холодной яростью смотрел на меня. Молча отступила еще на шаг к окну. Резко выдохнув, герцог тряхнул головой, пробормотал что-то непонятное, затем, сложив руки на груди, с трудом сдерживая раздражение, задал неожиданный вопрос:

— Сколько лет вы провели в лицее имени Девы Эсмеры?!

Тон не предполагал даже возможность молчания с моей стороны, пришлось ответить.

— Семь лет, лорд оттон Грэйд.

— Семь лет… - задумчиво повторил он. - С десяти?

Это уже напоминало допрос.

— Мне едва исполнилось девять, когда святой отец Фамио принес письмо матери настоятельницы моему папеньке, в тот же день я покинула поместье.

— Вот как…

Герцог щелкнул пальцами, и свет в галерее стал ярче, и теперь было отчетливо видно, что на его белой рубашке имелся странный рисунок из серебристых переплетенных рун. Собственно камзолом лорд не озаботился.