- Куда? - по инерции спрашиваю я, как мама всегда спрашивала отца.

И сама застываю от удивления.

Быстро Вы, Светлана Романовна... Очень быстро!

- К соседке....

В смысле? Нож в моей руке застывает, не дорезав огурец.

Выходит.

Охренеть!

Психую, кидая в раковину нож.

Вот так и отдавай ему душу и сердце. Ох, не зря Валентина Ивановна его ругает...

Зло грызу остатки огурца.

Нет, ну нормальный?!

У нас роман или нет?? Я могу ему претензии предъявлять хотя бы?!

А чего ты хотела? Тебе ж сказали - ""потрахаться""!"

"Ну это он в другом смысле же, - тут же оправдываю его. Это он... так маскирует, что ему это больно. Поэтому, и ляпнул грубость. Да?

Но к ""соседке"" пошёл....

К соседке ревновать уже не кощунство.

- Свет! - зовёт меня Зоя.

Ах, полотенце, да! Но у меня нет гостевого, увы. Ещё не купила. Поэтому несу ей две чистых простыни. Помогаю обернуться.

А потом обработать лицо.

- Ты чего заплаканная?

- Тихомиров обижает! - отшучиваюсь я сердито.

- Да ладно?... - недоверчиво.- Свет - грубиян, конечно. Но...

- Я шучу, Зоя! - сжимаю её руку. - Просто... - вздыхаю я. - Нервы немного сдали.

Рассказываю ей наш сегодняшний треш.

- Ой, я один раз с такой шибанутой мамашей сцепилась. С сектанткой. А у нас тогда инспектор был такой... - морщится. - Короче, говорит, все нормально, родители имеют право любую веру исповедовать. Не имеем право вмешиваться и забирать. И опека на ее сторону встала. Мол чисто в доме и благостно! - морщится она. - Еды заготовлено. Прививки стоят. Остальное недоказуемо. Отвалите от мамаши.

- Иии? - распахиваю глаза, забывая даже про зудящую под ложечкой ""соседку"".

- Короче несколько месяцев, я пыталась раскачать их, чтобы детей забрали. Удалось, только когда старшая девочка попала в больницу с аппендицитом. И в ее крови алкоголь нашли. Она дала показания, что мать их с утра вином причащает. А алкоголь детям - это всё! Забрали детей. А так... всем пофиг было.

- Ужас какой.

- Иногда и алкаши не такие конченые, как эти ""благостные"". Есть у нас семья одна.... - рассказывает мне Зоя свои волонтерский истории.

Слушаю, ставя перед ней омлет с овощами.

- Ой, не могу, Светочка.... - морщится она. - Тошнит. Мне бы чаю...

Делаю ей чай с имбирём и жженым сахаром. Я когда забеременела, только им спасалась. Токсикоз был страшный!

Грущу....

Тихомиров возвращается минут через двадцать. С полной тарелкой горячих оладьев.

Протягивает мне.

- Переложи, мне тарелку занести надо. Сразу отдам... А то забуду потом.

Поджав губы, переваливаю оладьи в обычное белое безликое блюдо. Мою тарелку.

А тарелочка очень красивая, резная фарфоровая... По краям розы. Такую посуду мне кажется и не делают давно. Раритет!

Ревниво смотрю на эту тарелку протягивая ему. Пытаюсь представить хозяйку этой тарелки. Красивая наверное...

И молча ухожу в комнату отдышаться.