– Чёрт!

– Чёрт!

– Чёрт!

Вскакивая с места, фурией ношусь по большой скромно обставленной гостиной.

Я ведь только что призналась Маку в том, что Саша его сын. А он никак не среагировал. Сделал вид, что ничего не слышал.

Сминаю полы халата, срываю пояс, скидываю халат на пол, бегу к чемодану с вещами. Достаю самое дорогое красивое алое кружевное нижнее бельё, прозрачную накидку. Бегу в душ.

Открываю подряд все шкафчики в поисках самого вкусного геля для душа и шампуня с женским запахом. К своему ужасу нахожу полный арсенал женский прибамбасов, косметики, кремов, гелей.

Теперь я уверена на все сто процентов, что у Мака есть девушка.

Но меня это не только не останавливает, а прям заставляет вступить в соревнование.

Принимаю горячий душ. Горячие струи воды катятся по телу, и я забываюсь о том, где нахожусь.

* * *Я стою в другом душе, дома. Дверца открывается, ко мне входит Ник. Он приехал под утро, как всегда навеселе, отоспался, теперь ломится ко мне.

– Ты стала совсем некрасивая, – холодная рука бредёт по моим рёбрам. – Запустила себя окончательно!

– Никита, ты нормальный? У меня ребёнок болен!

– У тебя?! – рычит, скручивая мои волосы в кулаке.

– Прости, не хотела обидеть. Неточно выразилась, – извиняюсь в сотый раз за подобную оплошность.

– Я устал, – впивается горячими губами в мою ключицу. – Роди мне моего ребёнка! – Прижимает меня к стене.

– Ник, – бью его по плечу, – не надо. Ты спишь с кем попало, я не буду с тобой.

– Мне нужен ребёнок. Прямо сейчас.

– Пусти, мне больно. Ни о каком ребёнке сейчас речи не может быть! Я вся нужна Сашеньке.

Изворачиваюсь, заезжаю коленкой мужу по бубенчикам. Пока он разбирается с болью, выныриваю из душевой.

– Ник, – поворачиваюсь к мужу. Он смотрит на меня так зло, будто хочет растоптать, унизить. – Давай разведёмся? Мы ведь не любим друг друга, и брак наш не удался.

Муж громко смеётся.

– Нет! Я не дам тебе развод. Вылечишь Сашу и родишь мне моих детей.

Похоже на то, что Ник просто мстит. Но зачем?

Через месяц уезжаем с сыном в Израиль на очередной курс лечения.

Возвращаемся домой неделю назад. Только едем не к себе, а к родителям.

– Мать, гляди, Солнце наше приехало, – Максим бежит из комнаты, едва слышит визг Сашки.

Не успеваю остановить сына. Он мелкими шажочками несётся на встречу к отчиму. Протягивает ручки.

– Деда!

* * *Макс хватает внука и крепко прижимает его к себе.

– Папа, только не сжимай его сильно, – шепчу в страхе.

– Прости, – отчим испуганно ставит ребёнка на место. – Разве не всё?.. – спрашивает настороженно, многозначительно заглядывая мне в глаза.

Мотаю головой. Не сейчас, ни при сыне. Он же уже взрослый, всё понимает. Иголки, трубки, капельницы, белые палаты стали нашей жизнью в последние полгода.