— С кем ты поспорила, и кому мы должны кристаллы?

— Не знаю должны ли, зависит от того, кто из вашей перебранки вышел победителем. — Живо отозвалась Виолия, и тут же охнула: магия леди Руданы несильно хлестнула девушку по ягодицам. — Мама, я все поняла, хватит!

— Уже лучше, — сложив руки на груди, ответила леди Рудана. — Итак?

— Если победителем вышел лорд Мэнрайд, то кристаллы должны нам.

— Когда это Мэнор оказывался победителем? — тут же вскинулась леди Рудана.

А ректор громко рассмеялся.

— Арван! — укоризненно позвала женщина. — Ничего смешного не вижу.

— Лоя, радость моя. Так сколько ты сегодня выиграла? — отсмеявшись, спросил лорд Арван, вытаскивая дочь из-за спины и крепко обнимая.

— Триста… Что? Я выиграла?

— Ах ты прыщавый лордишко, — прошипела леди Рудана.

— Не злись, моя радость, — тут же отозвался ректор, — но Лоя, это слишком много. Кто был твоим противником в споре?

— Мой сын! — ледяным тоном донеслось от двери.

На пороге, гордо вскинув голову, стояла леди Изельда.

Леди выглядела безупречно: черные волосы составляли сложную высокую прическу, каждый локон идеально уложен, а виски обвиты тяжелыми каменьями.

Платье цвета индиго подчеркивало фигуру и, казалось, делало белоснежную кожу леди еще белее.

Издалека можно было принять женщину за мраморную статую, такой же красивой и холодной была внешность леди Изельды.  Даже в моменты гнева ее лицо оставалось бесстрастным, будто неживым.

Единственное, что выдало степень гнева первой леди рода, это ее появление. Точнее тот факт, что она ворвалась в покои, не утруждая себя хотя бы стуком в дверь, что обыкновенно леди считала высшим проявлением хамства.

— Добрый вечер, леди, — произнес ректор и насмешливо посмотрел на незваную гостью.

Вопреки статусу леди Изельды, никто из присутствующих в этих комнатах, не испытывал к ней ни симпатии, ни уважения. Им приходилось друг с другом считаться, не более.

— Чем обязаны вашему появлению? — леди Рудана и вовсе не скрывала презрения и того факта, что недовольна вторжением в их семейную идиллию. — Мы не ждали вас и совершенно не располагаем временем на светскую болтовню.

Несмотря на то, что леди легко могла найти общий язык практически с каждым человеком, с новой женой Мэнора отношения у нее не сложились.

Когда-то давно она пыталась наладить хрупкий мост и разбить стену отчуждения, чувствуя свою вину за то, что смерть Ниты оказалась для нее слишком сильным потрясением и она не смогла с улыбкой встретить новую жену главы рода, которая, по ее мнению, появилась слишком быстро.

Однако спустя время поняла, что той вовсе не нужны были дружеские отношения и симпатии. Леди Изельде доставляло удовольствие повелевать окружающими, дружить та не умела вовсе.