– Пошли?

– А у нас есть иные варианты? – смотрю на мужчин, ожидая решения, но Максим кивает в указанном направлении, приглашая начать движение.

Через двадцать минут даю себе обещание больше никогда не покупать обувь на шпильке, потому что она не предназначена для движения по мелкому гравию. Каблуки то и дело проваливаются, и я с трудом удерживаю равновесие, хватаясь, то за Ворона, то за Гореева, в итоге основательно застряв и подвернув ногу.

– Вот кто в такой обуви ходит? – адвокат злится, присев на корточки и осматривая мою лодыжку.

– Ну простите, Максим Максимович, собираясь на работу, даже предположить не могла, что мне предстоит застрять посреди поля и тащиться в неизвестном направлении по бездорожью.

Кстати, вы меня с собой потащили! Так что часть вины на вас!

– Вина на том, – поднимает голову, истязая взглядом нашего клиента, – кто взял машину, не удосужившись проверить количество бензина.

– Да, я виноват! Признаю! Довольны? – взрывается Гореев. – Может, пойдём уже?

– Я не могу, – ступаю на ногу, которая отзывается болью, и готова расплакаться от негодования.

– Повезло мне, что вы такая худенькая и маленькая… – причитает Ворон, осматривая меня со всех сторон.

– П-почему?

– Нести будет легко.

В ту же секунду подхватывает на руки и продолжает путь, кажется, не ощущая веса моего тела. Мне лишь остаётся обвить его шею руками и уткнуться в плечо, вдыхая насыщенный аромат мужского парфюма. Не знаю, сколько времени движемся молча, но в какой-то момент Максим останавливается со словами:

– Кажется, пришли. Вот только куда…

Ставит меня на ноги, позволяя осмотреться. Несколько улиц: одинаковые дома за высокими заборами пугают темнотой.

Лишь несколько фонарей и лай собак оповещают, что какая-то жизнь здесь всё-таки имеется. Бредём в никуда, пока Максим и Гореев заглядывают поверх заборов, подтверждая, что здесь никого нет. В какой-то момент начинает казаться, что мы обречены на скитания без возможности сна и отдыха, а странные шорохи заставляют жаться к адвокату в поисках защиты. Проходим вдоль пустынное место, выйдя к нескольким домам, значительно отличающимся от однотипных построек.

– Там свет, – готова скакать от радости, указывая на небольшой дом в стороне.

 – Идёмте.

Забыв о травмированной лодыжке, скачу на одной ноги к строению, которое манит жизнью. Мужчины не отстают, но приблизившись к калитке, опережают меня и первыми входят во двор. Ворон стучит в дверь, а через пару минут слышится женский голос и причитания вперемешку с ругательствами.

– Кто? – вопрос доносится из-за двери.

– Мы заблудились, – откликается Гореев. – Бензин закончился, машина встала. Добрели пешком до этого места. Нам бы переночевать где-нибудь.