Мы закрывали на это глаза, потому что Сталинц Моро не торговал наркотиками и женщинами. Со временем мы расслабились, потому что он не был заинтересован в том, чтобы усложнять договоренности. Моро получал свои двенадцать процентов, его имя нигде не фигурировало, а Мика и, соответственно, Рори безвозмездно обрели свободу. Все остались в выигрыше.

– Ты терпел моего отца ради Мики, – сказал Эмиль, – и еще потому, что он стал твоим инвестором.

Майкл сделал вдох, теряя маску безразличия.

– Это… не секрет, что мы во многом расходились во взглядах. И все же могли работать вместе. Взаимное сотрудничество хорошо отразилось на нашем бизнесе.

– Хорошо, но не отлично. – Голос Эмиля был до жути спокойным. – Отец старел. Он решил, что у него достаточно денег, и забыл, к чему мы стремились.

– К чему же?

– Создать наследие, которое нас переживет. Ему следовало давным-давно уйти с поста.

Мика заерзал на месте. Мой взгляд скользнул по лицам его родни. Кайзер выглядел сурово, Валентин уставился в пол, Виктор, склонив голову набок, пялился на Уинтер, словно на деликатес, Хадриен и Эслем слушали, рассеянно глядя в пространство.

– Ты получал справедливую долю, – заметил Майкл. – Справедливость делает нас друзьями. Тебе не нравится дружить с нами?

– Мы не такие, как наш отец.

– Коммуникабельные?

– Слабые, – ответил Моро без колебаний. – Друзья непредсказуемы. Секреты, напротив, всегда имеют ценность, а твоя семья ими богата, не так ли?

– Как и твоя.

Глаза Эмиля метнулись к Мике; в них читалось презрение и обещание чего-то.

– Мы увеличим вашу долю до двадцати четырех процентов, – заявил Майкл. – Так мы останемся друзьями.

– Я думаю, ты ошибся. – Губы Эмиля растянулись в улыбке. – Нам потребуется половина. Пятьдесят процентов помогут сохранить нашу учтивость.

В попытке казаться непоколебимым я вздернул подбородок, но мой взгляд снова упал на девушку. Она невозмутимо смотрела на столешницу.

Мне показалось, что она даже не моргнула ни разу.

– Я в курсе, на что способна ваша семья. – Эмиль заглянул в глаза каждому из нас. – Однако, при всем уважении, вы знали, чем рискуете, вступая в игру с моей семьей. Может, вы и держите в страхе свой городок, потому что сами устанавливаете здесь правила, только тактика меняется, когда вы сталкиваетесь с другими игроками, имеющими собственные интересы. Вам, хорошим людям, не хватает храбрости, чтобы сделать все необходимое для удержания власти. А победа дорогого стоит. – Он прищурился, сосредоточившись на Майкле. – Как далеко ты готов зайти?

Покачав головой, я хохотнул.

Все обратили взгляды на меня.

– Мы не единственные игроки, – сказал я. – Перед тобой лишь несколько представителей шести семей. Против одной. Чего вы на самом деле хотите?

На него работали наемники.