– Ослабив хватку на моей шее, он развернул меня так, чтобы мы оба могли видеть Уилла.

– Как думаешь, он защитит тебя? – прошептал Эйдин."

"Я попыталась вырваться, но он держал крепко. Уилл тем временем сжимал в кулаке свой член, опершись на стену, закрыл глаза и тяжело дышал.

– А у него появится повод? – спросила я, вновь окинув взглядом его тело. – Почему мы подглядываем за ним?

– Ты подглядываешь за ним, – уточнил Хадир. – Я наблюдаю за тобой.

– Зачем?

Он не ответил. Повернув голову, я посмотрела на него. Его янтарные глаза следили за Уиллом, брови были тревожно нахмурены.

– Не знаю, – наконец, произнес Эйдин. – Может, чтобы вспомнить, каково это, когда ты не одинок. Когда не один заботишься о себе. – Он перевел взгляд на меня. – Или чтобы вспомнить, что мы оставили в прошлом. А что не оставили.

О чем он?

– Уилл и я примерно ровесники, только мне кажется, в старших классах мы были очень разными. Он болтун, верно? – Парень улыбнулся. – А я был тихоней.

Сейчас, похоже, их роли поменялись.

– Я не всегда был таким. Я был жалким. Сто восемьдесят два сантиметра слабости, страха и трусости.

 – Эйдин снова взглянул на Уилла, продолжая свой рассказ: – Ты станешь врачом, говорили они. Будешь изучать это. Работать там-то. Ездить на каникулы туда-то. В свободное время заниматься этим. Женишься на ней. Заведешь троих детей. Жить будешь в этом доме после медового месяца в Лондоне, Париже и Риме.

Попыталась представить его таким, каким он себя описал, но не смогла. Я не могла представить Хадира покорным.

– Пока однажды ночью, погребенный среди учебников, я не увидел ее.

Слушая его, перевела взгляд на Уилла.

– Меня привлекло не ее тело или лицо, – произнес он мне на ухо.

 – Просто с ней было так легко. Каждое движение. Каждый взгляд.

Уилл втягивал воздух сквозь зубы, его движения становились все напористее и быстрее, мышцы руки напряглись.

– Она любила любить. Ей нравилось прикасаться, чувствовать, каждый свой вдох посвящать кому-то, потому что она была художником.

Стало так тепло. Я завидовала тому, как он описывал девушку, кем бы она ни была.

Что бы Уилл сказал обо мне?

– Работала она в другой сфере, однако искусство было ее призванием.

Эйдин сделал паузу, после чего заговорил тише, словно размышляя вслух.

– Работала она в другой сфере, – повторил он. – Тогда…

Похоже на Уилла. Ему тоже нравилось любить. И быть счастливым.

Когда-то он хотел сделать счастливой и меня.

– Никогда в жизни настолько сильно не желал обладать кем-то. Я учился на хирурга и с радостью отрубил бы себе руки, лишь бы заполучить ее.

Уилл зажмурился, а я опустила глаза к его члену. Мое дыхание почти синхронизировалось с его ритмом. О чем он думал?

– Возможно, я виноват, – сказал Эйдин.