Если бы я попытался воспользоваться огнестрельным оружием, нас бы просто расстреляли. Ситуация паршивая — вариантов действий реально не много. Более того, их почти нет.

А тут еще и сверху по дороге, где-то за камнями послышался шум — приближался какой-то транспорт. Я увидел ползущие по дороге лучи света. Наверняка одна из афганских групп, что прыгнули на первую попавшуюся машину и рванули сюда. Наш подрыв мины стал своего рода сигналом — теперь тут духов, что комарья на болоте.

— Ну, вот и все, нам конец! — пискнул шифровальщик."

"Стало светлее — машина быстро приближалась.

Я уже собирался было оттолкнуть Клюшкина в сторону, а самому длинной очередью долбануть по вышке, но внезапно все переигралось и без моего вмешательства. Приближающаяся сверху машина, вместо того, чтобы сбавить ход и остановиться, почему-то наоборот, набирала ход… А уже через несколько секунд она с ходу врезалась в деревянные опоры вышки. Прожектор от удара, слетел оттуда, укатившись куда-то вниз и разбившись о камни. А сама вышка, с громким треском и грохотом, быстро накренилась, а после и вовсе рухнула вниз. Душмана, разом утратившего к нам интерес, в данный момент беспокоили только вопросы гравитации и приземления. Вскрикнув, он судя по всему, упал прямо на камни.

Из водительского окна выглянул душман с закутанным лицом.

На чистом русском, да еще и очень знакомым мне голосом, тот вдруг заорал:

— Ну, чего встали? Живо в машину!

Конечно же, это был прапорщик Лось. Верне, это мог быть только он!

Я уже и забыл о том, что у нас с ним были какие-то договоренности. Нет, в тот факт, что он меня просто бросил, посчитав сумасшедшим, я тоже не верил. Но все же, какие-то подозрительные и негативные мысли относительного него, голову все-таки посещали…

Что это был за грузовик, я не знал.

Что-то местное, сильно похожее на то, на чем перевозили баранов и овец. Мы оба буквально залетели в машину — я в кузов, а «молодой» в кабину к водителю. С одной стороны, в кузове я на виду, с другой — оттуда и отстреливаться проще.

— Все, все! Жми! — я несколько раз ударил ладонью по крыше кабины.

Прапорщик сдал чуть назад, затем вывернул. Вдавил педаль газа. Машина покатилась вниз.

Стоя в кузове и держась за кузов, я увидел впереди огни.

Судя по всему, там горели костры — возможно, ниже по дороге был организован какой-то пост или что-то вроде того. Различил, что там тоже бегали люди, но в темноте почти ничего не разобрать.

Оглянулся, со стороны второго лагеря одна за другой выезжали еще две машины. Это точно за нами… Дальше начнется бешеная карусель! Скорее всего, они все еще считают, что это бегут военнопленные. Хотя, черт его знает, что там могло прийти в голову Теймураза…

— Жми! Жми! — крикнул я.