— На УЗИ их не видно, сами понимаете почему.

— Можете мне не объяснять, верю на слово, — кивнул Рэйсэй Масаши. — Я не сомневаюсь в вашей правоте, Кацураги-сан. Особенно после того, как вы два часа назад поставили ишемию кишечника, просто взглянув на пациента.

— Диагноз подтвердился? — поинтересовался я.

— Да, его уже готовят к операции, — кивнул Рэйсэй, прощупывая живот Ясухиро Адачи. — А здесь всё весьма неплохо. Брюшная стенка пока не напряжена. Успеем сегодня прооперировать, пока введём антибиотики и…

— Рэйсэй-сан! — перебил его я. — Понимаю, что вмешиваться в тактику лечения Ясухиро-сана — это уже не моё дело.

Но я хотел дать один совет. От него зависит судьба пациента.

В этот момент в кабинет вошли фельдшеры скорой с носилками.

— Вовремя! — воскликнул Рэйсэй. — В приёмное отделение его. Я предупрежу, чтобы в хирургии подготовили для Ясухиро-сана место.

Пока Ясухиро Адачи выносили из кабинета, я убедил Рэйсэй Масаши задержаться на пару минут.

— Какой совет вы хотели мне дать, Кацураги-сан? — спросил Рэйсэй.

Мне крупно повезло, что Рэйсэй не был горделивым врачом, опирающимся только на собственный опыт.

Он всегда был готов выслушать меня и последовать любому совету. Сейчас это было особенно важно. Без «превентивного анализа» я бы не стал настаивать на ускорении подготовки к операции.

И тогда Ясухиро Адачи уже точно не успели бы спасти…

— Если в ближайшие два часа Ясухиро-сан не будет прооперирован, мы его потеряем, — заявил я.

— С чего вы это взяли, Кацураги-сан? — не понял Рэйсэй.

И как я ему объясню? Солгать, сказав, что я уже видел такую картину ранее? Да он и сам тысячи раз видел такую картину. Но ситуация сейчас совсем другая. Заполнение пузыря желчью произойдёт очень быстро, и объяснить это простым терапевтическим языком не выйдет.

Раскрыться хирургу? Рассказать о своих способностях? Глупости… Он сочтёт, что я сошёл с ума. Если в моём прошлом мире все знали о существовании магии, то здесь — это не более, чем сказка.

— Судя по скорости появления симптомов, закупорка желчного протока там серьёзная. Будьте уверены, в течение двух часов гной вырвется наружу, расплавив стенку. Я готов поклясться своим дипломом, что так оно и будет.

— Не стоит клясться, Кацураги-сан. Я вам верю, — ответил Рэйсэй.

— Более того, я уже понял, что у вас есть… Скажем так, знания, которых нет у меня. И мне бы очень хотелось, чтобы вы со мной поделились ими, когда у нас появится свободное время для общения.

— Знания? Вы преувеличиваете, Рэйсэй-сан, — отмахнулся я."

"— Кацураги-сан, — Рэйсэй ткнул указательным пальцем в мою грудь. — Я ещё ни разу не видел, чтобы кто-то на лету ставил верный диагноз, не имея на руках никаких обследований. Это — высший пилотаж. Да я об стенку расшибусь, но узнаю, как вы это делаете.