Ладно, Кацураги-сан, доброй вам ночи!

Тошиба Гото уехал, а я мысленно согласился с его словами. Что правда — то правда. Правильный отдых — залог крепкого здоровья. Если, конечно, не понимать под правильным отдыхом — употребление сакэ в неограниченных масштабах. А всем известный Асакура Джун отдыхает именно так. Далеко не лучший пример для подражания.

Когда во вторник утром я пришёл в свой кабинет, там вовсю шёл активный спор. Я ещё никогда не слышал, чтобы Огава Хана так на кого-то кричала.

На моём месте уже сидел Кондо Кагари. Огава бегала вокруг него, что-то злостно причитая. Медсестра размахивала амбулаторными картами, и чем-то напоминала мне ямаубу — японскую колдунью с веерами.

— Огава-сан, что за дьявольский ритуал вы тут устроили? — спросил я. — Опять ёкаев изгоняете?"

"— Кацураги-сан, наконец-то! — обрадовалась Огава. — Вот, смотрите! Какой-то незнакомец утверждает, что будет работать с нами в этом кабинете. Я его всё утро не могу отсюда вытащить.

— Доброе утро, Кацураги-сан, — поклонился мне Кондо Кагари. — У нас с вашей медсестрой вышло недопонимание…

— Я уже понял, — успокоил его я. — Всё в порядке, Огава-сан. Это мой стажёр. Кондо Кагари. Какое-то время мы будем работать в одном кабинете.

— Ой… — Огава прикрыла рот ладошкой. — Я опять что-то не то сделала, да?

— Ничего, это я забыл вас предупредить, — ответил я. — Ну что, Кондо-сан? Готовы к первому рабочему дню?

— Всю ночь глаз не мог сомкнуть, Кацураги-сан! — воскликнул Кондо. — Очень ждал этого утра!

Дверь в наш кабинет распахнулась. К нам забежал растерянный пожилой мужчина.

— Приём ещё не начался, подождите, пожалуйста, мы вас позовём! — предупредила его Огава.

— Там… Там человеку в очереди плохо! — воскликнул пациент.

Я взглянул на Кондо Кагари и проговорил:

— А вот и ваше боевое крещение, Кондо-сан. За мной!

Глава 2

Мы с Кондо Кагари выбежали в коридор, где пациенты уже положили ослабевшего мужчину на скамью.

— Кондо-сан, ваш выход, — произнёс я. — Осматривайте его.

— А? Кто — я? — испугался Кондо Кагари.

— Скорее! Я подстрахую, — настоял я.

Кондо трясущимися руками начал прощупывать пульс больного, а я активировал «анализ».

На первый взгляд в организме мужчины не было никаких отклонений. Сердцебиение быстрое, но правильное. Никаких нарушений в головном мозге. Остальные органы тоже в полном порядке. А вот это уже действительно интересно.

— Пульс девяносто, давление сто десять на шестьдесят, — произнёс Кондо. — Не такое уж и низкое.

— Вы можете сказать, как вас зовут? — обратился я к пациенту, стараясь держать его в сознании.

Побледневший мужчина устало помотал головой.

Не может говорить? Странно, это ещё почему?

— Кацураги-сан, — позвал меня один из пациентов, окруживших больного.