После я понял, что Кагари никак не связан с интригами Кондо, и тут же окрестил его обычным недоврачом. Уже не студент, но ещё не врач. Однако совместная работа в отделении дала мне понять, что у парня есть все шансы стать сносным специалистом.

И его судьба целиком и полностью зависит от меня.

На следующей неделе должна прийти зарплата, а это значит, что полученные деньги нужно будет распределить с умом. Часть отправить Канамори Рико за аренду квартиры, часть перевести родителям. Всё-таки на них до сих пор висит долг за обучение предыдущего владельца этого тела.

Кстати, о родителях… Было бы неплохо поговорить с ними. Судя по всему, прежний Кацураги Тендо не часто с ними связывался. Но как по мне, это — явный признак плохого тона. Пусть моя душа и не имеет родства с семьёй Кацураги, но теперь я с ними связан, и игнорировать это ни в коем случае нельзя.

Я набрал номер Кацураги Сомы — своего отца.

После пяти гудков, мужчина снял трубку.

— Тендо-кун! — воскликнул он. — Что-то случилось?

Очевидно, что прежний «я» звонил родителям только в том случае, если ему требовалась их помощь. Видимо, поэтому Кацураги Сома не сразу понял, что я звоню ему просто так.

— Добрый вечер, отец, — ответил я. — Нет, ничего не случилось, просто хотел поговорить с тобой. Поделиться хорошими новостями.

— Вот как, Тендо-кун? Ты, наверное, закончил стажировку у доктора Номуры-сан? Тебя допустили к врачебной деятельности? — с надеждой в голосе спросил отец.

Приятно было осознавать, что мой ответ превзойдёт все его ожидания.

Я рассказал Кацураги Соме о том, что теперь работаю в клинике «Ямамото-Фарм».

— Я так рад! Мы с твоей мамой всегда знали, что у тебя большое будущее, Тендо-кун, — обрадовался отец.

— Это ещё не всё, через неделю я вышлю деньги для погашения части кредита, отец, — перешёл к делу я. — На этот раз пришлю значительно больше, чем раньше.

— Брось, Тендо-кун! — воскликнул отец. — Мы с твоей мамой и так неплохо справляемся. У нас прибавилось несколько голов скота, дела идут в гору, сын.

Отец тихо рассмеялся, но я чувствовал, что он лжёт.

— Кто там? Тендо-кун? — послышался голос матери. — А ну, дай сюда трубку.

Бойкая женщина вырвала телефон из рук Кацураги Сомы и тут же затараторила:

— Тендо-кун, ты хорошо кушаешь? Хочешь, мы привезём тебе продуктов?

— Не стоит, мам. Всё хорошо, — улыбнулся я. — Деревенские продукты — это прекрасно, но вряд ли имеет смысл везти их в Токио.

— В Токио? — растерялась мама."

"Пока отец пытался отобрать трубку обратно, я кратко рассказал и ей обо всех переменах в своей жизни. Так, за разговором с родителями и провёл вечер.

Они оказались очень простыми людьми, обыкновенными фермерами из глубинки префектуры Осака.

Закончив знакомство со своими собственными родителям, я поужинал и лёг спать.