Я до последнего опасалась, что мачеха передумает и заявиться с новыми претензиями. Возможно, где-то глубоко во мне до сих пор сидели страхи прежней Софи. И раз уж Николас решил взять на себя ответственность за мою жизнь, стоило бы обсудить как вести дела дальше.

Ханна с Ульяной если и удивились смене жениха, то виду не показали. А может, они тоже были в сговоре с Джоном и Миколкой?

Горничные тут же принялись накрывать на стол, а ещё к дому потянулись любопытные селяне, ведь вся деревня видела меня в свадебном платье, которое я просто позабыла снять, как-то не до этого было.

Узнав в чём дело, дядька Тарас даже слегка обиделся, что ему ни о чём не сказали. Мне кажется, у них с Джоном до сих пор существует некое соперничество. А тут одного взяли с собой, а другой ни сном, ни духом. Пришлось выкручиваться, объясняя, что всё случилось спонтанно, мол – позвали замуж, а я взяла да согласилась.

Старосту тоже пригласили отпраздновать, тот сразу повеселел, забыв про обиды.

- Надобно народу сказать, напомнил он, - там, во дворе собрались.

Пришлось нам с Николасом выходить на крыльцо и принимать поздравления.

Как-то сами по себе во дворе усадьбы появились столы и грубо сколоченные лавки, празднование плавно перетекло на улицу.

Брачной ночи не случилось, как и обещала, я поселила мужа в соседних покоях, благо они уже были прибраны и готовы к новому жильцу.

Правда, мы почти до утра просидели в моём кабинете, обсуждали, как теперь будем жить сразу на две усадьбы. Я ни за что не соглашалась переезжать в дом Николаса, а он не хотел бросать свой. Мы даже чуть не поругались.

Рассказал он и про письмо дознавателя, то самое, которое украла Наталка.

В нём говорилось, что мачеха пыталась утаить от властей завещание отца, но когда этого не получилось, оформила надо мной официальное опекунство, позволяющее ей распоряжаться моим имуществом, владеть которым она могла только до моего замужества.

Именно поэтому мачеха решила отправить меня в квартал красных фонарей, ведь никто не возьмёт в жёны порченную девку, на что она и рассчитывала. Вот только теперь этот факт обернулся против неё.

- Тебе стоит подать на неё жалобу, - наставлял Николас.

- Может, не нужно ворошить прошлое?

Мне совсем не хотелось привлекать к себе внимание властей, единственное что меня сейчас интересовало, сможет ли мачеха отменить наш брак.

- Уже не сможет, - заверил меня Николас, - если только докажет, что брачной ночи так и не было, - при этом он хитро улыбнулся.

Мои щёки вспыхнули румянцем, я смущённо отвела взгляд, кажется, всё же погорячилась со своим отказом. И кто меня за язык тянул?

Разошлись по комнатам уже ближе к утру, а проснувшись, я обнаружила у себя на подушке букет полевых цветов.