"

"Мы вышли из машины и переместились в том направлении, которое обозначила Алина. Она вела меня, поддерживая под локоть, потому что ноги стали ватными, а под ними не чувствовалась земля.

Скрывшись за перголой, увитой хмелем, мы застыли. Я получила возможность составить представление о том, где поселил Кирилл свою содержанку. Обычный посёлок, коих тысячи по всей стране. Где огромные особняки соседствуют с покосившимися хибарками, которые давно пора отправлять под снос.

Дом Светланы был небольшим, аккуратным и ладным. Из светлого кирпича, двухэтажный, чистенький и опрятный на вид.

Впрочем, очень быстро я напрочь потеряла интерес к осматриванию местности и жилища, а все мысли из головы улетучились напрочь.

У домика остановилась машина Кирилла. Наша машина. А следом из неё вышли Нина Тихоновна и сам Сафонов. Очень быстро они скрылись за забором, калитку от которого закрыть были не должны, если верить содержанке. А когда прошло минут десять, что я провела в состоянии, близком к смертельному, Алина повернулась ко мне и уверенно сказала:

– Ну, Летик, вперёд!

С момента, как я сделала первый шаг навстречу той пропасти, куда уже утянуло и мой брак, и всю мою прошлую жизнь, и все мои светлые чувства, что я испытывала в сторону Сафонова, мир словно померк.

Наверное, такое чувство испытывали герои «Ночного дозора», когда шагали на изнанку, где всё было иным. Казалось, что сумрак заполонил пространство и проник в мои лёгкие. Он расползся по венам, пропитав собою каждую клеточку тела. Я заступила за черту, откуда не было возврата.

Дверь в дом, как и обещала Света, была не заперта. Мы спокойно, ни капли не таясь, вошли в небольшой коридор. Причём Алина шла, словно ледокол Красин, взрезающий собой крепкую поверхность льдов, а я послушно следовала за ней.

Наше прибытие осталось незамеченным и это дало мне возможность немного перевести дух. Я слышала, как Нина Тихоновна что-то говорит, но не могла разобрать ни слова.

– Хочешь проникнуться речами, или сразу же идём? – шёпотом спросила у меня Алина, когда мы остановились, чтобы составить план на дальнейшие передвижения.

– Сейчас… дай мне несколько секунд.

Я стала рвано дышать, понимая, что кислород внутрь почти не проникает. Тело моё превратилось в пластиковое подобие, нечто вроде манекена. А у манекенов вовсе нет потребности в воздухе. Но так, наверное, будет проще столкнуться с неизбежностью.

Пока я стояла, приходя в себя, Алина потянула приоткрытую дверь, и та легко поддалась и распахнулась без лишнего шума.

– … ну что ты там будешь делать в этой своей деревне? – вещала Нина Тихоновна. – Я тебя полюбила, как родную дочь. Кирюша тоже тебя любит. Да, у вас сложилось так. Виолетта никуда не денется, и это нормально. Она – жена Кирилла, она родила ему сына.