Проведя рукой по коротко остриженным волосам, он вздохнул и сказал:

— Слушай, не хочу лезть в то, что там происходит между вами с Денни, но… он завтра уезжает. Типа, совсем-совсем уезжает. Думал, ты захочешь знать. Вдруг ты… хотел ему что-то сказать.

Он пристально посмотрел на меня и встал. Глядя, как он уходит, я почувствовал, как ушла и часть тумана, окутавшего меня. Денни едет домой, но он еще здесь. У меня есть последний шанс уладить все между нами. Если это вообще возможно.

Допив свое пиво, я оставил деньги на столе и направился к выходу. Мысли о прощании с Денни конечно же заставили меня подумать о Кире. Я так скучаю по ней, что каждая секунда становится все более невыносимой. Каждую ночь я засыпал, глядя на постер на стене и каждое утро просыпался, снова видя его. Будто даже во сне я не могу от нее отвернуться.

Осознав, что сейчас настал идеальный момент, чтобы создать вечное напоминание о Кире, я развернулся и нашел Мэтта у бильярдных столов.

— Хей, а можешь показать мне тот тату-салон, который тебе нравится? Хочу кое-что набить…

Мэтт был в шоке. Я ведь действительно долго противился татуировкам. Парни уже даже не просили меня набить что-нибудь с ними за компанию, потому что знали, что я откажусь. Но не сегодня. Сегодня я согласен.

— Эм… Да, конечно. Когда поедем?

Потянувшись к стулу, стоявшему рядом, я подал Мэтту его куртку. Хотелось заняться этим, пока идея еще свежа. Велик шанс, что завтра с Денни будет и Кира. И если мне предстоит ее увидеть, я хотел, чтобы у меня была ее броня.

— Сейчас, — сказал я.

Было уже поздно, но я был уверен, что салон еще открыт. Для них это вроде самое прибыльное время. Пожав плечами, Мэтт допил свое пиво и пошел за мной к выходу.

Через 45 минут я уже сидел, откинувшись в кресле, и готовился набить имя Киры прямо поверх сердца. Мэтту такой выбор показался не самым удачным.

— Келл, ты уверен? Удалять татуировки не самое приятное занятие, да и все равно всегда немного видно оставшееся…

Я покачал головой.

— Я не хочу ее удалять. И да, я уверен.

Я делал это не ради Киры. Это только для меня, чтобы она всегда была со мной рядом. Ни в чем в жизни я не был так уверен.

Когда дизайн был согласован и эскиз был готов, заработали иглы. Мэтт поморщился, а я нет. Но я повидал в жизни больше боли, чем многие, так что это ерунда. Я даже не пикнул, когда иглы вонзились чуть глубже. С каждым их укусом я становился на шаг ближе к Кире, так что я был даже благодарен за эту боль.

Когда мастер закончил, он показал мне черные завитки, выделяющиеся на раздраженной, раненой коже. В зеркале я видел имя Киры задом наперед, но оно все еще отчетливо читалось. Я восхищенно провел пальцем по контуру буквы «А».

— Идеально, спасибо.