Пытаясь ее успокоить, я положил руки ей на плечи.

— Ладно. Хорошо. Кира, он ничего не узнает, — когда она вздохнула с облегчением, я добавил: — Все равно это неважно. Он уже рассказал слишком многим. Прости, но Денни узнает, что ты ему соврала, и заинтересуется почему.

Она посмотрела на меня так, будто я ее спасательный круг. Как будто у меня были ответы на все вопросы. Эх, если бы.

— И что тогда? Сколько мы протянем?

— Как скоро Денни выяснит, что мы переспали?

Вот уж вопрос дня, не так ли? Я снова переплел наши пальцы.

— Я думаю, к утру, если ты проторчишь здесь со мной всю ночь.

Усмехнувшись, я коснулся щекой ее макушки и почувствовал, что Кира расслабилась. Моя шутка немного разрядила обстановку. Хотя в ней было много правды. Нам нужно поскорее вернуться в дом.

— Не знаю, Кира, — вздохнув, продолжил я. — Может быть, несколько часов? Максимум — пару дней.

Это ее встревожило. Отступив назад, Кира пробормотала:

— Часов? Но… У него нет никаких доказательств. Ему в голову не придет…"

"Ее глаза были великолепны в лунном свете — этот глубокий, темно-зеленый цвет, окруженный золотисто-коричневыми вкраплениями.

Они блестели от страха, но за тревогой я отчетливо видел привязанность. Глубоко укоренившуюся привязанность… ко мне. Этот взгляд объяснял всё без единого слова. Отпустив руку Киры, я провёл пальцем по ее щеке.

— Кира… Все у него есть, прямо здесь.

Глаза не лгут, а твои говорят, что ты любишь меня.

— Что мы делаем, Келлан?

Она взглянула на дом, словно боялась, что Денни услышит нас. Может, и стоило бы. Может нам нужно войти в дом рука об руку, разбудить его и сказать, что жизнь, которую он знал, закончилась. Что мы оба предали его.

Мое сердце замерло от одной только мысли.

В голове зазвучал голос из прошлого, закрутились воспоминания: Денни с разбитой губой, опухшей и окровавленной «благодаря» моему отцу. Это был удар, предназначавшийся мне. Рука Денни, лежавшая на моем плече, пока я дрожал от страха за то, как отец отомстит за такое спасение. Денни же не боялся. Ни капельки. «Я буду с тобой, Келлан. Я буду здесь рядом с тобой», — говорил он мне. И вот так я отплатил ему? Разорвав его отношения в пух и прах? Нет, я не могу встретиться с ним. Лучше сбежать…

— Я могу завести мотор, и мы окажемся в Орегоне еще до рассвета.

Я такой трус. Было видно, как Кира представляет это — мы уезжаем в закат, сбегая от проблем, не оглядываясь на те руины, которые оставили на своем пути. Пока мы неотрывно смотрели друг на друга, я заметил, что Кира стала дышать более часто и поверхностно. Ей словно было больно дышать, и она согнулась пополам, будто ее вот-вот стошнит. Она не сможет сделать это, не сможет оставить его. Она никогда его не бросит. Я жил фантазиями… Но здесь так хорошо, я тоже еще не готов уйти.