По дороге на кухню я зачем-то взглянул в окно и увидел Киру. Она стояла и смотрела на пустую дорогу. Уже скучала по Денни? Она не могла прожить без него и пяти секунд? Боже.

Она обернулась. Зачем? И увидела, как я смотрю на нее. Еще лучше. И принялась махать рукой. Но я ушел, оборвав ее дружеский порыв. Господи, Кира, не веди себя так будто тебе не всё равно.

Выйдя из ее поля зрения, я остановился и погрузился в собственные мысли. Я не мог перестать думать о ней, о том, что между нами произошло, о том, что могло бы быть в будущем, если…

Я не мог перестать думать о Денни и нашей дружбе, нашем прошлом.

Один глупый неосторожный поступок в корне изменил отношения с двумя людьми, которые мне так дороги. Если бы я был сильнее, если бы включил разум, то оттолкнул бы Киру и пресек ее порывы утешиться, и ничего бы не случилось. Но я был не в состоянии бороться с собственными желаниями. Чувствами. Она была нужна мне. Я влюбился в нее. И теперь мы все расплачиваемся.

Я валялся на диване, пытаясь заполнить свой мозг изображениями из бессмысленных телепередач, когда услышал щелчок входной двери.

Кира или Денни. Но это не важно. Я звонил Гриффину, и он обещал вскоре подъехать и добросить меня до моей машины. Тогда я покину дом, который стал мне не мил с некоторых пор, и может даже не вернусь сюда. Как ни в чем не бывало Кира прошла в комнату и села в кресло напротив дивана. Я взглянул на нее мельком, а после снова вернул взгляд к экрану.

Она хорошо выглядела, впрочем, как и всегда. Ее волосы были забраны, лицо свежее и отдохнувшее. Полная противоположность мне.

Казалось, она словно порхала, а я чувствовал себя дерьмом под ее ногами. Мы оба молчали, словно игнорируя друг друга. Как вдруг она заговорила:

— У кого ты снимаешь это жилье.

Я не сводил глаз с телевизора. Серьезно? Ты хочешь поговорить об этом сейчас?

— Я не снимаю. Это моё, — сказал я безразличным тоном, давая понять, что не заинтересован в разговоре.

Она же, казалось, наоборот жаждала общения.

— Ого. Как ты смог его себе…

Она прервалась, поняв, что ее вопрос совершенно бессмысленный. Почему тебе это важно? Я хотел спросить, но не стал.

Не дай Бог это приведет нас к разговору посерьезнее. Я не хотел сейчас никаких серьезных разговоров. Поэтому поспешил ответить на ее недосказанный вопрос. Кира всё еще способна вызвать меня на откровения, даже если я этого не хотел.

— Мои родители. Они погибли в автокатастрофе пару лет назад. Оставили мне свой… дворец. Единственный ребенок, и все такое.

Этот призрак прошлого всё еще не давал мне покоя. Вопрос, на который я никогда не узнаю ответа.