Если отдать тебе, что требуешь, мы умрем от голода, — объяснил старик. — Нельзя ли отложить выплату на следующий год?

— Можно, — согласился я, потому что мне пришла в голову интересная мысль. — И еще можно присоединиться к моей армии в походе на Шушан всем, кто преследовал нас в горах. Если будут служить верно и смело, то вам не придется отдавать баранов вообще. Они станут как бы вашей долей добычи.

До этого разговора я не собирался в поход на Шушан. Как мне сказали, по размеру он не уступает Лагашу, так что с моей малочисленной армией там нечего было делать.

За родные дома и под защитой крепостных стен шушанцы будут сражаться до последнего. Если же я приду с горцами, шансов на захват города будет не намного больше, но зато разорим окрестности, нанесем ущерб вражеской экономике, чтобы им больше в голову не приходило воевать с нами. И самое важное — рассорим горожан с горцами. После нашего совместного нападения жители Шушана еще много лет будут считать их кровными врагами. Мало того, что горцы не поддержали, как обещали, во время сражения, так еще и объединились с лагашцами и напали на своих союзников. Такое не прощают и помнят очень долго.

— Если наши воины пойдут с тобой на Шушан, нам не придется отдавать тебе баранов и коз? — переспросил парламентер.

— Да, — подтвердил я. — Мы там захватим добычу, поделим ее на всех. Потом вычтем из доли ваших воинов цену баранов и коз, которые вы нам должны. Тогда вам придется отдавать меньше, или, если ваших воинов будет много, вовсе ничего, или даже что-нибудь домой принесут. Всё будет зависеть от того, насколько удачно повоюем и как много добычи возьмем.

— Я уверен, что это твое условие понравится нам, — произнес старик и лизнул ненавязчиво: — Наши воины присоединятся к армии такого великого полководца.

— Сколько времени им потребуется, чтобы прибыть сюда? — спросил я.

— Три дня, — быстро ответил он.

Значит, свое войско горцы не распускали, ждали нас где-то в горах неподалеку отсюда, примерно в дне пути. Если бы переговоры не удались, выбор у них был бы невелик — погибнуть в бою или умереть от голода после нашего опустошительного похода. Наверное, выбрали бы первое, что не могло не вызвать уважения к ним.

48

Город Шушан, как мне показалось, был немного больше Лагаша. Отличался снаружи только тем, что крепостные стены высотой метров пять с прямоугольными башнями были сложены из плохо отесанного камня, а не сырцового кирпича. Внутри вместо зиккурата высилась цитадель, в которой проживал эламский энси Кутик, добавлявший к своему имени второе, бога Иншушинака, покровителя города, и по совместительству правителя подземного мира, вершителя правосудия и хранителя клятв.