— Говорите, вам обо мне сказал Мэтт Дейли? Не знаете, где он остановился?

— Я здесь!

Славное, усталое, добродушное лицо Мэтта вынырнуло из моря азиатских лиц: даже в этот поздний час тротуары все еще были заполнены людьми. Лайза никогда еще никому не была так рада, как Мэтту. Она бросилась в его объятия.

— Ты в порядке? — прошептал он, крепко обнимая ее. — Тебя не били?

— Нет, все хорошо.

Она поцеловала его, не пытаясь скрыть свои чувства в присутствии Кроули. Адвокат подавил непонятно откуда взявшуюся ревность. У него было немного таких привлекательных клиенток, как миссис Баринг, и сегодня он наслаждался ролью белого рыцаря.

— Вы, должно быть, мистер Кроули, — кивнул Мэтт. — Спасибо, что действовали так быстро.

— Не за что. Спасибо за то, что позвонили.

Мужчины обменялись рукопожатием.

— Сегодня все прошло прекрасно. Думаю, Лю хватается за соломинки. Но не давайте ему оружия, миссис Баринг. Оставайтесь в Гонконге, не высовывайте носа и не теряйте со мной связи. Если полиция снова вас побеспокоит, немедленно дайте знать.

— Конечно.

Мэтт проводил глазами Кроули, севшего в такси, и с подозрением прищурился:

— Чертовски хорош для адвоката.

Лайза рассмеялась, обхватила Мэтта за шею и легонько поцеловала в губы.

— Ревнуешь?

— Ужасно.

Они снова поцеловались, и Лайза втайне удивилась тому, как была счастлива, как спокойна. Словно ей ничего не грозило. В свое время она испытала немало мужской ревности, и это означало одну лишь боль. Но с Мэттом все по-другому. В его объятиях она чувствует себя в безопасности. Теперь можно оглянуться и видеть, что большая часть жизни прошла под темным облаком страха, в ожидании, когда мужская ревность взорвется яростью и насилием, желанием причинить боль.

Ранить. Она принимала это, потому что не знала ничего иного. И все из-за тайны, разрушившей не только ее жизнь, но и жизни многих других людей. Тайны, ключ к которой имелся только у одного человека. Но Мэтт не должен этого знать. Никогда.

Мэтт сжал ее лицо ладонями.

— Ты выглядишь такой встревоженной. Из-за Лю?

— Да, — солгала она. — Он решил во что бы то ни стало меня достать.

— Ничего у него не выйдет, — заверил Мэтт. — Во всяком случае, пока я рядом. Послушай, Лайза, я знаю, что еще не время, что прошлая ночь была неожиданной для нас обоих.

Но я должен сказать тебе. Я никогда не испытывал ничего подобного раньше. Я…

Лайза прижала палец к его губам.

— Не здесь. Лю и его люди, возможно, прямо сейчас выходят из здания.

Она была права. Оживленная улица, на которую выходил полицейский участок, была не местом для объяснений в вечной любви. Мэтт махнул рукой, и возле них немедленно остановилось такси.

— «Пининсула».

Лайза вскинула брови. «Пининсула» был самым дорогим в Гонконге отелем.