Стоп, может, здесь собака порылась? Но, нет, мы проверили все связи Цагерта. Нигде он с этим Корабельниковым не пересекался. Остается вдова или кто-то третий. Но, как показывала практика, обязательно должна быть выгода. А в данном случае никому из окружения Цагерта не было смысла его заказывать""."
"Многие люди, с кем приходилось общаться во время следствия, объясняли несмышленому Лобанову о гениальности Иштвана Модестовича, о его великом предвидении и дальновидности, умении разбираться в финансовых инструментах, фьючерсах и числах Фибоначчи. И от этих объяснений чувствовал себя Лобанов полным идиотом.
Он опять выскочил из душа и кинулся к телефону.
— Юра, — закричал в трубку, — а куда делись деньги Цагерта? Ну, те, что он нагрел на векселях и банкомате?
— В деле все написано, — поддел Костюк.
— А зачем ему такие бабки жертвовать? — оторопело спросил Лобанов.
— А он их и не жертвовал, — начал терять терпение Костюк. — А таким образом оплатил операцию дочки.
— Что?
— То. Все свои деньги Цагерт потратил на лечение дочери. Там был целый ряд операций и очень продолжительный реабилитационный период.
— Почему я об этом не знаю?
— Дело читать надо, — ехидно заметил Костюк и повесил трубку.
На следующий день в офис Иван не поехал, занявшись разработкой небольшой военной операции. Конечно, он понимал, что Лильке в голову вступила блажь. Но сейчас еще не пришло время запрещать и хлопать кулаком по столу. И самому хотелось выпендриться и немножко вырасти в ее глазах. И может снова понравиться. Замысел оказался простой, как хозяйственное мыло. Иван почувствовал себя стратегом и тактиком в одном лице.


















Комментарии
Добавить комментарий