Но, скорее всего, действовал хакер, запустивший генератор ложного ай-пи.

— Бред какой-то. Узнайте, где сегодня находились вдова Цагерта и Пахомов?

Через час с лишним пришел ответ. Сегодня по поводу крестин устроили праздник. И никто из хозяев не покидал поместье де Анвилей.

— Какая-то нелепость, — в сердцах воскликнул Дунаев и про себя добавил: — ""А может, Витька и прав. Есть кто-то третий. Кто только? Сам папа римский"""

"В эту минуту в комнате наступила гробовая тишина, лишь в телевизоре громко и торжественно вещал диктор. Олег Иванович услышал каждое слово, сказанное с экрана.

""Сегодня на счет фонда по борьбе с последствиями цунами поступило триста тысяч пятьдесят два доллара. Даритель пожелал остаться неизвестным"".

— Это же наши деньги, — прошептал кто-то за столом. — Сумма полностью совпадает с остатком проклятого счета.

Дунаев, почувствовав резкую боль под лопаткой, моментально стал тяжело дышать, словно горло сжали жгутом.

— Валидол в портфеле… — прохрипел Олег Иванович, теряя сознание.

Когда по забитым московским улицам, разгоняя по разные стороны легковушки, неслась с сиреной скорая, из здания секретариата Ватикана вышел Арман де Анвиль. Он быстро пересек двор Бельведера, построенного когда-то по приказу папы Юлия Второго. Арман любил здесь бывать. Особенно когда это святое место покидали туристы. И сейчас, при свете ламп, де Анвиль огляделся по сторонам. Прямо по центру двора блестела золотая сфера, созданная итальянским скульптором. Пожалуй, самая современная вещь во всем Ватикане. Арман поднялся по ступенькам и на минуту остановился. Этот двор помнил многое. Тот же Юлий Второй заливал его водой и устраивал морские сражения, а папа Лев Десятый захоронил где-то здесь своего слона. Арман постоял минуту-другую, пытаясь вобрать в себя частичку энергии этого священного места, потом развернулся и быстро зашагал к выходу. Со стороны он походил на мирянина, заработавшегося допоздна в одном из офисов Ватикана. Арман сел в ожидавшую его машину и уже через десять минут поднимался на вертолетную площадку отеля ""Кавальери Хилтон"". Еще через несколько минут он зачарованно смотрел на Вечный город с высоты птичьего полета. Когда позади остался купол собора Сан-Пьетро и Алтарь Отечества исчез из виду, де Анвиль, закрыв глаза, принялся думать о жене и маленьком сыне. Лили и Габриэль не спали. Жена, покормив сына, укладывала его в кроватку. Сыночек радостно заулыбался, увидев отца, а любимая потянулась с поцелуем.

— Как все прошло, мон ами? — напряженно поинтересовалась она. Арман заметил, что жена сильно волнуется и поспешил утешить ее.