Демоны ее раздери! Она подмешала в вино вовсе не яд, а какое-то возбуждающее средство!

С губ снова сорвался стон, а руки судорожно вцепились в талию девушки, притягивая к себе. Он ничего не мог с собой поделать, даже зная о ее коварстве. Но инстинкты тела оказались сильнее разума. Он желал разрядки так сильно, что было плевать, с кем и как!

Все было как во сне. Ален даже до конца не сознавал, реально ли то, что сейчас происходит. И чем сильнее отрава распространялась по телу, тем больше отключался разум.

Сидящая на его коленях и страстно целующая женщина казалась настолько желанной, что и мысли не возникало о том, чтобы оттолкнуть ее.

Наоборот, хотелось поскорее избавить от одежды, подмять под себя и раз за разом проникать в податливое нежное тело! До тех пор, пока сладостная боль в чреслах не отпустит окончательно!

Одежду на Лайзе Ален попросту порвал, желая поскорее добраться до так необходимого сейчас женского тела. С утробным рыком подхватил под ягодицы, поднимаясь вместе с девушкой с кресла, и швырнул на кровать. А затем, ничуть не заботясь о том, что чувствует партнерша, дал волю своему мужскому естеству.

Лайза придушено охнула, а потом вцепилась зубами в собственное предплечье, чтобы сдержать крик боли. Ален же уже совершенно себя не контролировал, будто превратившись в дикого зверя. Снова и снова врывался вглубь ее тела, не в силах унять нахлынувшее на него возбуждение.

Достигнув разрядки, на какое-то время успокоился и рухнул на постель рядом с девушкой. Мутным взглядом посмотрел на Лайзу. По щекам той катились слезы. Он явно причинил ей сильную боль, но сейчас это мало заботило. Тем более что возбуждение снова накатывало, побуждая к новому заходу.

Сама виновата! - мелькнула на краю сознания мысль. Опоила его этой дрянью, превратив в похотливое животное. Теперь получит сполна!

Это была последняя здравая мысль, после чего он и вовсе перестал что-либо соображать.

В памяти от этой ночи остались только обрывки. То, как снова и снова врезался в тело Лайзы, беря ее в разных позах. На то, что при этом испытывает девушка, ему в те моменты было совершенно плевать.

Когда отрубился, сам не помнил.

А вот пробуждение было не из приятных! Кто-то попросту вылил на него холодную воду.

С раскалывающейся головой и неприятно саднящим, пересохшим горлом, Ален с трудом разлепил веки. Увидел над собой разъяренного Саймона с опустевшим графином в руках. Младший Веннер в этот момент, как никогда, напоминал своего отца! Зеленые кошачьи глаза сверкали так, что смотреть было больно. И в них явственно читалось одно желание -прибить на месте.

Похоже, удерживала от этого Саймона лишь повисшая на его плече Лайза. Она что-то лепетала, плакала, умоляла. Ален даже не сразу смог разобрать смысл ее слов.