Хоть десяток этих живорезов положат, уже проще.

– А почему живорезов? – не понял чекист.

– Так у них правило есть, ежели где оплошал, то сам себе живот режешь, чтоб значит, вину искупить, – криво усмехнулся Леха.

Кивнув, чекист подозвал к себе одного из бойцов и, приказав ему собрать все винтовки японского образца, передать их парню.

Минут через двадцать боец принес Лехе четыре трофейных ствола вместе с подсумками и, свалив их на насыпь, проворчал:

– И не поймешь сразу, то ли винтовка, а то ли игрушка детская.

– Это ты зря, – понимающе усмехнувшись, не согласился парень.

 – Не смотри на калибр. В открытом поле из такой винтовки запросто можно любого достать. Да и бегать с ней проще. Легкая она.

– А чего тогда сам с карабином ходишь? – тут же поддел его боец.

– Мне его батя дал, – ответил парень, поглаживая затвор своего оружия. – Да и привык я к нему.

– Да уж, привык, – проворчал один из пулеметчиков.

– А что не так? – развернулся к нему боец.

– Да мы пока ленту меняли, он успел пятерых из своего карабина снять, перезарядиться и еще троих положить, – ответил боец, удивленно поглядывая на парня. – Я такой стрельбы и не видел никогда.

И ведь не промахивается. Ловок, бес.

– Нашел, чему дивиться, – усмехнулся Леха. – Посмотрел бы ты, как казаки экзаменацию на внесение в реестр сдают. Вот где мастерство.

– И как же? – заинтересовался чекист.

– На колья пять яиц укладывают, а колья те с разницей в десять шагов в землю вбивают. Еще через двадцать шагов шесть кольев и тоже с яйцами. После лоза, на которой папаха казачья надета. И пока казак скачет, он должен сначала из карабина все яйца прострелить, после из револьвера, а потом лозу на скаку срубить так, чтобы папаха на оставшийся обрубок упала и висеть осталась.

Ну, а после уже джигитовка.

– А это еще что за зверь? – не понял пулеметчик.

– А это когда на коне скачешь и всякие трюки делаешь, чтобы враг в тебя не попал, – с улыбкой пояснил парень.

– И что, ты все это делал? – удивился чекист.

– Рубке еще учиться надо, – вздохнул Леха. – А шашка моя в доме сгорела.

– Это как так? Она ж вроде железная, – не поверил пулеметчик.

– Шашка стальная, а когда дом горел, закалка и пропала, – пояснил товарищ Сергей, задумчиво разглядывая парня.

В ответ Леха только молча кивнул, подтверждая сказанное.

– Есть у меня шашка, – помолчав, усмехнулся чекист. – Зайди потом, может, подойдет тебе.

– Ежели она взрослого казака, то нет пока, – нехотя мотнул Леха головой. – Мне под рост и силу пока учебный клинок нужен. А после, как в силу войду, можно будет и настоящую пользовать.

– Все одно забирай, – подумав, махнул товарищ Сергей рукой. – Я ею все одно пользоваться не умею. Да и не для меня это теперь, размахивать ею, – грустно усмехнулся чекист.

– Добро.