А когда несколько дней назад Глэдис разыскала меня и сказала, что ты, возможно, не откажешься встретиться со мной, я решил… В общем, надеюсь, ты не откажешься принять от меня эту вещицу. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. – Он тяжело сглотнул, словно ему трудно было говорить, потом продолжил: – Я знаю, что поступил ужасно и не заслуживаю твоего прощения, дочка, но тогда мне казалось, что это единственно правильное решение. Мне не следовало заводить семью, я не создан для семейной жизни. К сожалению, я понял это слишком поздно. Ничто – ни жена, ни ребенок – не могло удержать меня на месте. Я перекати-поле. Не могу усидеть на одном месте долго. Такая уж у меня натура.

Сабрина с болью взглянула на отца.

– Но почему ты сделал это? Почему ушел вот так, не попрощавшись? Пообещал вернуться и не вернулся? Разве ты не понимал, как это подействует на семилетнего ребенка? Я так любила тебя, а ты… ты просто взял и бросил меня.

Сабрина не выдержала и всхлипнула. Отец достал из кармана носовой платок и протянул ей.

– Прости, дочка, но тогда я думал, что так будет лучше. Не хотел долгих прощаний.

– Но ты поломал мне всю жизнь, ты хоть понимаешь это?! – почти прокричала Сабрина. Несколько человек, сидевших за соседними столиками, обернулись, но ей было наплевать. Она должна была высказать этому человеку все, что накопилось у нее в душе за двадцать с лишним лет. – Из-за тебя я не верю мужчинам. Я не могу построить нормальных отношений, потому что не верю, что они могут быть прочными. Я уверена, что, как бы ни любил меня мужчина, рано или поздно он меня бросит, как бросил ты. По твоей вине я потеряла самого дорогого для меня человека, который действительно любит меня и которого я люблю. Но из-за своего проклятого комплекса я совершила самую большую в своей жизни глупость – отказалась от него!

Слезы ручьями потекли из ее глаз, и она уже даже не пыталась их остановить. Что же она наделала, а?

– Ох, дочка, мне так жаль, – пробормотал отец. – Но, может, еще не поздно все исправить?

Сабрина боялась, что уже слишком поздно.

10

Она не помнила, как прожила остаток недели. С приближением субботы – дня предполагаемого возвращения Джерри из командировки – напряжение росло, и она выглядела такой издерганной, что даже коллеги в редакции заметили ее состояние и забеспокоились, не заболела ли она. Сабрина заверила их, что с ней все в порядке, просто немного устала.

Неделя и в самом деле была суматошной, как всегда перед выпуском очередного номера журнала, и работы было много, что давало Сабрине прекрасный повод и возможность задерживаться в редакции допоздна, лишь бы не идти домой, где на нее наваливалась страшная тоска и одиночество.