Ты действительно самая лучшая женщина на свете, – мягко проговорил он, целуя ее в макушку.

– Спасибо.

– Пожалуйста.

Они немного помолчали, потом Сабрина снова попросила:

– Ну, так ты расскажешь мне?

– О других женщинах?"

"Может, мне не стоит настаивать, чтобы не спугнуть удачу? Может, закрыть глаза и притвориться, что у нас обоих нет ни прошлого, ни будущего?

– В сущности, у меня были серьезные отношения только с одной женщиной, но довольно долгие. Кэтрин. Она работала дизайнером по интерьеру и была очень домашней и очень интеллигентной. Вначале нам было хорошо вместе, но постепенно, по мере того как я стал продвигаться по служебной лестнице и проводить больше времени на работе, мы стали отдаляться друг от друга.

Ей не нравилось, что я больше времени уделяю своим служебным обязанностям, чем ей. В конце концов она предъявила мне ультиматум: либо она, либо карьера. Я выбрал карьеру, и она ушла от меня. Вот и все.

«Вот и все». Джерри сказал это будничным тоном, но Сабрина подозревала, что он пережил это не так легко, как хотел показать. Наверняка в душе у него остались шрамы.

– Мне хотелось доказать ей, какую ошибку она совершила, – продолжил он, – бросив такого подающего надежды управленца.

Я работал целыми сутками, доводя себя до изнеможения, и в результате достиг известных высот в нашей компании. Ты лежишь в объятиях без пяти минут топ-менеджера, между прочим, – с улыбкой проговорил Джерри.

Сабрина подняла голову и заглянула ему в глаза.

– Не жалеешь?

– О чем?

– О том, что предпочел карьеру любимой женщине.

Джерри помолчал немного.

– Я много думал об этом. И знаешь что? Полагаю, если бы Кэтрин на самом деле любила меня, то не предъявила бы мне такой ультиматум.

Она прекрасно знала, насколько важна для меня работа.

Сабрина оперлась подбородком о сложенные у него на груди ладони.

– Значит, с тех пор у тебя почти не было личной жизни, верно? – спросила она.

– Да, ты права. Но она вновь наладилась с той поры, как я встретил тебя. – Он осторожно подбирал слова. – Ты очень дорога мне, Сабрина. Ты стала частью моей жизни.

– А ты – моей. – Она игриво лизнула его в грудь чуть пониже соска. – Так как насчет трех оставшихся до сотни упоминаний о том, насколько я прекрасна?

В его глазах вспыхнул огонек желания.

– Можешь рассчитывать на меня, красавица.

Джерри был жаворонок, а Сабрина – сова. Проснувшись, он обнаружил, что лежит на краю широкой кровати. Вспомнив прошедшую ночь, он улыбнулся довольной улыбкой, затем приподнял голову и огляделся: где же Сабрина?

Небольшая горка под простыней посредине кровати, по-видимому, и была Сабриной. Дабы убедиться в этом, он протянул руку и осторожно потрогал бесформенную горку. Горка зашевелилась. Из-под простыни раздалось невнятное, недовольное бормотание.