Отражение, в котором потускнели его синие глаза.

Глаза, внутри которых больше не было рычащего и пляшущего дракона.

— И это все? — прозвучало в голове Хаджара. Тот самый голос… Такой ненавистный… он слышал его на Горе Ненастий. Каждый раз, когда истекал кровью, блевал собственными зубами и внутренностями, когда сращивал кости и вновь поднимал свой тренировочный меч, он слышал. — И это все?

Учитель Орун, раз за разом доводя Хаджара до порога дома праотцов, повторял:

— И это все?

Глава 812

Глава 812

— Все? — переспросил Хаджар.

Меч Примуса опускался на голову Хаджару, а тот стоял, погрузившись в себя.

— Ты говоришь мне, что это “все”?

Он вглядывался внутрь своей души, но не мог отыскать там энергетического тела. Но это было и не важно. Враг мог отнять у Хаджара Дархана его Зов. Он мог отнять энергию. Мог забрать Ядро, лишить зрения, отнять ноги и покалечить руки.

Мог лишить всех техник, всех мистерий, всего пути, что прошел за десятки лет Хаджар Дархан. Мог даже забрать Черный Клинок.

Но одно он забрать не мог — не мог забрать того, что находилось в его сердце. В сердце Хаджара уже многие годы покоился его собственный клинок.

Тот, который он не нашел, не купил, не получил в наследство от Врага. Нет, этот клинок он выковал сам. Выковал своей душой.

И этот меч у Хаджара отнять было нельзя.

— Это еще далеко не все!

Хаджар открыл глаза. Примус перед ним сливался со степяником. Они переходили друг в друга, искажая силуэт до чего-то абстрактного и неясного.

Королевский дворец Лидуса так же сливался с замком степняков, а мертвые тела постоянно дрожали и рябили.

Хаджар взялся за Черный Клинок и, он занес его так, будто убрал в ножны."

"Двадцать лет… двадцать долгих лет, каждый день, каждую минуту, каждую секунду, он жил только одним — своим мечом.

Ему ну нужно было ничего, только меч и цель.

И это то, что у него нельзя было отнять.

Меч был в его сердце. Его сердце все еще билось. А значит, кто бы не пытался отнять силу у Хаджара, у него это никогда не получится.

С ревом, достойным разъяренного Хозяина Небес, Хаджар встретил удар сабли-меча степняка-Примуса, собственным выпадом.

И за мгновение до того, как два клинка столкнулись, Хаджар вдруг ощутил, что кто-то стоит у него за спиной. Кто-то развевает полы его несуществующего плаща.

Кто-то радуется вместе с ним битве. Кто-то окутал его такой крепкой броней, что разбить её невозможно.

Кто-то вложил в его меч скорость, которую нельзя преодолеть.

Кто-то сделал его Черный Клинок таким же синим, как безоблачное небо.

Кто-то прошептал ему:

— Друг мой…

Метка… Хаджар понял это только сейчас. В этом иллюзорном мире с его спины исчезла рабская метка Духа Меча!

Иссинячерный клинок разбил саблю-меч, а сам Хаджар оказался на полу, полностью покрытом мозаикой.