Конечно, здесь нервничали все, но Стерх – куда сильнее других, страх до боли сжимал ей сердце, вызывая желание улететь куда глаза глядят – как и у самой ночной… во всяком случае, ещё вчера. Сейчас уже стало легче, и Луна не раз ловила себя на мысли, что мама всё-таки права. Академия вовсе не такая страшная на самом деле.

«Бедняжка Стерх, ей бы заводную и безалаберную сопещерницу вроде Кинкажу. А может, я и сама ей помогу – сумею понять её страх и облегчить его? Употреблю свои способности хоть на что-то полезное!»

– Это мои брат с сестрой, – заговорил Охр.

 – Торф у нас самый быстрый, видели вы бы его в полёте! А Стерх знает больше всех, она одна у нас читает. – Он смотрела на них с гордой улыбкой, как на самых выдающихся драконов на свете.

– Привет! – кивнул Вихрь с полной пастью козлятины. Глянул мельком, но мысли в мозгу так и забурлили: «Эти земляные преданы родному гнезду чуть ли не сильнее, чем Вольные когти – королеве Тёрн. Мне бы таких братьев и сестёр! Да хотя бы убить не пытались чуть что, и то хорошо…»

– Я Луна, помнишь меня? – как можно дружелюбнее обратилась Луна к Стерх.

 – Угощайся. – Она показала на разделанную дичь.

– Спасибо… – робко улыбнулась земляная. Взяла козлиную ногу и отделила половину Торфу.

– Вы с кем в крылышке? – спросил Охр. – Торф, ты ведь в Медном, правильно?

– Да, вот мой сопещерник. – Брат кивнул на Кокоса.

«Ха, – усмехнулся про себя Вихрь, – отлично придумано. Самого ленивого и безобидного поселить с самым нервным. Такой ленивец в драконьей чешуе не напугает даже этого дёрганого земляного».

Торф огляделся по сторонам, беспокойно сжимая и разжимая когти.

– Остальных я ещё не запомнил по именам.

– Ничего, привыкнешь, – бодро заверил Глин. – А ты, Стерх? Понравился тебе кто-нибудь?

Она задумчиво покрутила мясо в когтях, выщипывая клочки меха.

– Есть одна радужная симпатичная… только она слепая.

– Тамарин! – обрадовалась Кинкажу. – Значит, ты в Золотом крылышке… Тамарин – моя лучшая подруга!

Луна лишь улыбнулась, нисколько не обидевшись. Лучших подруг у Кинкажу не перечесть. К концу обеда наверняка обнаружится ещё шесть, не меньше."

"– С нами Оникс, песчаная, – продолжала Стерх, загибая когти, – тот морской, Щук, его сопещерники – Хвост и ещё небесный со шрамом поперёк морды… ну, и моя сопещерница.

Она кивнула на дальнюю стену, где Холод с соплеменницей презрительно поглядывали с каменного уступа на усердно жующую толпу внизу. Острые массивные сталактиты торчали с потолка над их головами, словно клыки гигантской оскаленной пасти.

– Сестра Холода? – понятливо кивнул Вихрь. – Тогда мы с тобой товарищи по несчастью… Небось такая же надутая, как и её братец.