Правда, еще говорят, что безумны они и мозгов не имеют, но я лично теперь убедился, что врут.

Этот как раз думать мог и делал это. Развел толпу на бабки так, что даже я невольно засмотрелся. Талантище. Но речь не о том сейчас. Так вот, магу-то я рассказал не все — есть в нашей семье тщательно оберегаемая тайна. Можем мы найти любого из нас, если он жив. Незримая иными расами нить связывает нас, позволяя знать, где ты сейчас находишься и жив ли.

До нашего разговора я, признаться, думал, что братья живы — просто далеко находятся. Но маг сказал, что они мертвы, а врать ему смысла не было. А значит, их тела разрушены, но души не ушли на перерождение, поглощенные кем-то сильным. И я смогу этого кого-то найти и жестко спросить за смерть родни — есть, знаете ли, способы. Мы, минотавры, такого не прощаем. И пока будет жив хоть один из нас, мы будем мстить. Убил бы он их просто, и разговаривать было бы не о чем. Но тут темная магия, а за нее спрос иной.

А еще надо найти Остролома — его брат с моими таскался. И видать, с ними же и сгинул. Происходил мой друг из старинного рода гномов-рудокопов. Еще в самой его юности весь его клан вырезали гоблины и другие темные обитатели подземья. Он сам лишь чудом выжил. Чтобы отплатить тварям, сначала пошел в армию подгорного короля, там и научился правильно держать секиру. Там же заключил Договор со темными духами зла, чтобы потратить их силу на уничтожение их же хозяев и источника — темных эльфов. Еще больше года в его жизни не было ничего, кроме крови врагов и неутолимой мести. Случайно вернувшись на земли клана, он снова испытал все отчаянье потери, не унятое никакими смертями сотен врагов. Нужно было что-то менять. Откопав среди руин секиру деда и доспехи отца, он начал новую жизнь. Жизнь вольного наемника. На поверхности.

Характер у этого гнома, конечно, не подарок, что неудивительно. Он немного себе на уме, немного несообразителен — даже твердолоб, но несмотря на это, его навыки боя говорят сами за себя. Секирой он владеет хорошо, и удар его рубит все, что стоит у него на пути, а колдовское черное пламя сжигает и проклинает все, что не сможет осилить добрый удар стальной секирой. Хотя, конечно, точности иногда не хватает, из-за чего страдают стены зданий, брусчатка и ценные телеги с хабаром.

Что ещё сказать, он таскает на поясе медную кружку для пива. А в его фляге не найдешь «просто воды». Два его метательных молота редко идут в ход, не доходит обычно дело до тяжелой артиллерии. Встретились мы с ним, когда служили у ангелов, так с тех пор и не расставались."

"И на земли демонов тоже пришли вместе — я открыл небольшую таверну, а он кузню. И дела у него, скажу вам я, шли очень хорошо. За прошедшее время старый друг заматерел, остыл и больше не собирался никуда идти.