— А если этого будет недостаточно? Если мне будет нужен Сорин?

Губы короля сжались в жесткую линию.

— В наших интересах, чтобы хватило, — он отстранился и спрятал обе руки за спину. — Отдыхай, моя леди. Сегодня был долгий день.

Он прошел несколько шагов вперед и распахнул дверь, недвусмысленно намекая на то, что мне пора убираться. Что ж. Злоупотреблять королевским гостеприимством — плохая примета.

Уже стоя на пороге, я замерла и попыталась найти к королю подход с другой стороны.

— Однажды ради меня вы выпустили Сорина из-за решетки, — я вскинула взгляд на короля.

 — И я вам благодарна. Тогда я поняла, что очень многое, что говорят о вас — ложь. Вы готовы быть мудрым и прощать подданных.

Король прищурился.

— Сорин де Драго давно пересек черту, я не помилую его даже ради тебя. Необходимо преподать урок не только Сорину, но и остальным лордам. Пускай увидят, что случится, если перечить мне и верить в слухи о проклятии.

— Но это не слухи! — в последний раз попыталась я. — Оно уже действует! Я не могу снять помолвочный медальон из-за того, что обручена с вами, вы не можете пользоваться драконьей магией и зачать ребенка, а ваши глаза — взгляните! — они серые! Это проклятье, Ариан! И нам нужно сделать все, чтобы его преодолеть!"

"Я буравила короля взглядом, секунды текли медленно, как льдистая вода вниз по реке.

Невольно я вспомнила, как от короля волнами расходилась тьма, как потусторонне звучал его голос во время битвы с Сорином.

“Ведовство многое дает, но многое отбирает”, — вспомнились мне слова графини де Авен.

Что отняло ведовство у короля? Сейчас он выглядел, как наполненная злобой и тьмой оболочка, мало общего даже с тем, с кем я имела дело утром, хотя уже тогда он пугал.

По правде говоря, король пугал с самой первой встречи, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала при взгляде на него теперь. Даже не страх, а животный ужас.

Каким он был тогда, когда встретился с Игрид и смог ее очаровать? Таким же опасным или юным амбициозным повесой, желающим сорвать самый большой куш — принцессу?

— Ты пока еще можешь идти, Кэтэлина, — процедил он. — И позаботься о том, чтобы больше таких слов я от тебя не слышал.

Выходя из покоев короля, я старалась держать спину так прямо, как будто проглотила кол.

Не хочет от от меня таких слов слышать, вы посмотрите. Ладно. Так, Катя, и что делать? Перс оказался предателем, король — не желает слушать, Сорин — исчез и будет казнен, если появится при дворе. Я, кажется, проклята теперь, как и король, а потому мой ребенок в смертельной опасности.

Что же делать? Кажется, у меня нет другого выбора, кроме как докопаться до правды, снять проклятье и устроить небольшой государственный переворот, чтобы спасти Сорина от верной смерти.