Перед дверями тронного зала, массивными, доходящими высотой до самого потолка, сделанными из тяжелого дерева, я остановилась, потому что совсем не чувствовала себя такой уверенной, как хотела показать.

Мне, по правде говоря, было страшно.

Но там был Сорин, и король, и суд над неизвестной мне графиней. И мне позарез нужно было как можно быстрее разобраться с тем, как здесь все устроено, а не прятать голову в песок.

Возможно, стоило бы все-таки начать вести себя осмотрительно и осторожно, но мне тридцать пять с половиной и уже поздно менять свои привычки.

Двери открылись с тяжелым скрипом, и я ругнулась про себя: привлекать внимание в мои планы не входило.

Обстановка в тронном зале не отличалась от той, что я увидела утром. То же богатое убранство, те же гербы династии Синай, которые в избытке красовались на стенах, тот же трон на возвышении.

На троне сидел король Ариан, как будто паря над столпившимися у стен придворными.

Он по-прежнему был одет в белое, и мне на ум почему-то пришла мысль о том, что таким образом Ариан хочет выглядеть непогрешимым в глазах подданных. Все-таки белый — это цвет чистоты.

Судебное заседание я представляла себе, наверное, похожим на то, что видела в нашем мире, когда принимала участие в уголовном судопроизводстве: судья, секретарь, трибуна для выступления адвоката и прокурора, место, где сидит подсудимый.

Тут этого не было и в помине.

Напротив королевского трона, прямо на ведущей к нему красной ковровой дорожке, стояло деревянное кресло, в нем сидела девушка. Драконица.

Если бы мне нужно было описать ее парой слов, я бы сказала: “Невероятно красивая”.

Нет, правда. Драконицы, в общем и целом, все были очень привлекательны: в каждой из них, даже в моей простой как ситцевые трусы повитухе, чувствовалось то, что называется статью, породой.

Но та, что сидела в кресле, была писаной красавицей, даже Игрид на ее фоне казалась деревенской простушкой.

Алое платье с корсетом, который делал талию узкой, а грудь — пышной, смоляные волнистые кудри до пояса, белая фарфоровая кожа, овальное лицо и огромные черные глаза.

У нее на плече лежала мужская ладонь и, проследив за линиями предплечья, плеча и шеи, я уткнулась взглядом в усталое лицо Сорина.