Но удочка заброшена, вдруг клюнет большой карась?

– Хорошо, будем ждать, но особо не обольщайтесь. Завтра остаетесь здесь. У деревни Бирштау за сутки построили фильтрационный лагерь – ожидается наплыв «гостей». Будет работать 2-й отдел, сотрудники Наркомата госбезопасности. Твои люди пусть тоже присутствуют – для усиления, так сказать.

– Я понял, товарищ полковник. Но мы всегда должны быть на связи. А вдруг у Крейцера что-то выгорит?

– Ой, ладно, – отмахнулся полковник, – выгорит – не выгорит… Отделу шифрования даны указания – люди постоянно будут дежурить на нужной волне.

Если что-то придет, ты узнаешь первым…

Но уже через час произошло знаменательное событие, на которое они даже не рассчитывали! Майор заглянул в отдел, там царило нездоровое возбуждение. Заливисто смеялся Олег Вобликов, бренчали алюминиевые кружки с чаем.

– Я не понял, – нахмурился Андрей, – почему веселится и ликует весь народ? Германия подписала акт о капитуляции?

– Нам удалось, товарищ майор, – с гордостью сообщил Корзун, – вас будить не стали, сами сбегали в 8-й отдел.

Помните Елизавету Петровну? Ну, Лизку Быстрицкую из шифровального отдела – она геройствовала, когда мы диверсантов поджидали?"

"– Не припомню, чтобы Лизка геройствовала, – засомневался Шашкевич, – сидела на берегу дура дурой, всякие гадости нам выкрикивала. Надо же, приняла участие в операции по обезвреживанию диверсионной группы. В кино это называется «массовкой»…

– По делу можно? – начал раздражаться Андрей.

– Так мы по делу, – уверил Корзун. – Елизавета Петровна нынче наша прямая связь с бункером фюрера.

Ей приказали не есть, не спать, а сидеть с умным видом в наушниках и слушать эфир… В общем, двадцать минут назад ваш протеже, товарищ майор, вышел на связь из бункера Гитлера!

– Вот черт… – Ракитин облегченно выдохнул, нащупал стул и плюхнулся на него. – Подробности имеются?

– Да сколько угодно, – заулыбался Вобликов. – Это не фуфло, извиняюсь за выражение. Крейцер работал без принуждения. В начале каждой фразы – запятая. Его работа – сидеть за радиостанцией, имеющей обширный диапазон частот.

Никто не следит, чем он занимается, просто выполняет поручения руководства. Его подхватили саперы, устанавливающие мины на Рутгерштрассе, отправили на машине в тыл. Этот засланец, по-видимому, неплохой актер, хотя, если честно, товарищ майор, выглядел Крейцер так, словно действительно провалялся сутки без сознания. Штандартенфюрер Кампф ему поверил, дал 12 часов на отдых, но Крейцер отказался, отдохнул час, помылся, переоделся…

– Какие подробности, – поморщился Андрей.