Какая разница, сколько денег ты из этого конверта возьмешь, десять тысяч или все сорок? Ты прекрасно знаешь, что твой журнал раскупается быстро, поэтому риск минимальный, – подала идею она.

– Ты так думаешь? – снова растерянно спросила Наташа.

– Да, я так думаю, – твердо проговорила Маша. – А тебе советую больше не думать, а брать деньги – и вперед! Пусть твои конкуренты позеленеют от зависти. Небось уже ручки потирают, ждут, когда твой журнал загнется окончательно.

– Не говори глупости, – сморщилась Наташа. – Мой журнал не такой крутой, чтобы кто-то заметил его исчезновение.

– Крутой не крутой, а глаза кое-кому мозолит, – возразила Мария.

– Ну, если только Катьке, нашей с тобой «задушевной» подруге, – улыбнулась Наташа. – После того, как я отказалась печатать в своем журнале ее рекламу, она вообще со мной не разговаривает.

– Не поминай дьявола всуе, – захохотала Мария. – У меня сразу же нервный тик начинается. Еще порчу какую-нибудь напустит, будем тогда с тобой кривобокими! Я тут недавно в газете одной ее рекламу видела, смеялась до упаду. «Верну мужа в семью за один день. Гарантия 300>– хохотала Маша, согнувшись пополам. – Мне ужасно интересно, как она этих мужей в семью водворяет, на аркане, что ли, притаскивает?

– А может, у нее и в самом деле дар? – возразила Наташа.

– Я тебя умоляю, Натали. О каком даре может идти речь, когда ее родители от водки не просыхают? Или ты забыла, как она ночевала у нас с тобой по очереди? А в школе как она училась? Еле-еле до девятого класса ее дотянули, так она даже в училище не пошла, чтобы хоть законченное среднее образование было. Как только совести хватает писать, что она потомственная ясновидящая, да еще в седьмом поколении?

– Но ведь как-то она работает? – сказала Наташа.

– Работает, здесь нечего возразить, – пожала Мария плечами. – Сейчас таких «работников» в Москве развелось больше, чем грязи по осени, и все «работают». Люди доверчивы, особенно те, у кого проблемы, вот и идут к этим «ясновидящим», и ничего здесь не поделаешь. Есть, конечно, и настоящие целители, но их единицы по всей стране. И они никогда себя не рекламируют, их люди и так знают. Да и денег они никогда не берут, потому что нельзя брать деньги за дар Божий. Ведь получается так, что ты продаешь то, что тебе подарили. Я не хочу сказать, что вообще ни во что не верю. Я, например, верю в астрологию и хиромантию, это, как ни крути, наука, основанная на тысячелетних наблюдениях. Мне, как психологу, приходится очень часто к этим наукам прибегать, чтобы разобраться в проблемах человека. По руке я могу сказать о прошлом и настоящем человека практически все, и восемьдесят процентов из ста будет верным.