Испеченный ею утром «Наполеон» (целых десять коржей!) как-то скукожился на фоне роскошного «Мартеля», коробки конфет «Пале-Рояль» и варварских размеров банки с иранской черной икрой. Джоди, почуявшая великий праздник желудков, сидела под столом, выбивая хвостом чечетку.

Эмиль растерянно развел руками.

– Простите, я не понимал… Что есть плохого? Я неправильно выбирал?

– Все правильно. Какие проблемы, мама? – сказал Денис. – Садитесь, Эмиль. Просто моя мама считает, что под черную икру полагается русская водка. А по мне так сойдет и «Мартель». Включи-ка лучше радио, мам. И давайте ужинать, в конце концов.

«Ты знаешь, сколько стоит во Франции килограммовая банка икры? – спросил Холмс. – Не только студентишка, но даже префект полиции или мэр города Лиона не привезут такой подарок в качестве сувенира… Им это просто в голову не придет!»

Он был прав на девяносто девять процентов. Денис это хорошо понимал, но надеялся на оставшийся процент.

– Так мы будем сегодня ужинать? – повторил он. Глава восьмая Люди и оружие.

– А вот это классическая финка…

Продавец выудил из расшитых ножен полностью утопленный в них нож, выложил на прилавок. Похожий на рыбку. Тусклый клинок с хищной заточкой острия. Денис взял нож в руку. Бочкообразная рукоятка, на вид простоватая и грубая, неожиданно удобно легла в ладонь.

– Вопреки распространенным представлениям, это не боевая, а рабочая модель, инструмент рыбаков, охотников, крестьян, – сказал продавец. – Орудие труда. Таким хоть два часа помашешь, рука не устанет, к тому же можно работать в зимней рукавице.

– Да, – рассеянно кивнул Денис.

Он знал финку с другой стороны. При ударе большой палец накладывается на торец рукоятки и досылает нож в глубь раны, так что рукоять прячется в тело, как в ножны, разрывая ткань и усиливая кровотечение.

– Вот классический охотничий клинок, насаженный на рог оленя, – на прилавок лег другой нож. – Златоустовская работа. Пятнадцать тысяч.

– Чего?! – вскинулся Денис.

– Рублей, конечно.

– Ну, слава богу… А это что за узоры?

Денис показал на волнообразные линии на лезвии.

– Дамаск. Неужели никогда не слышали? – удивился продавец. Это был молодой человек с глазами энтузиаста. – Клинковая сталь, скрученная и прокованная из тонких прутков, что-то вроде слоеного теста. Острее любой бритвы, нитку на лету рубит. Можете проверить. Отсюда и высокая цена…

– А если сточить верхний слой, под ним тоже будет узор?

– Гм… – Молодой человек обескураженно пожевал губами. – Странный вопрос! Кому придет в голову делать такое? И главное – зачем?

– Чтобы проверить, действительно ли это дамасская сталь.