Я любил и люблю каждый кусочек ее тела, в какой бы форме она ни была, это все мое. Да мне даже нравилось, когда налилась ее грудь и округлились бедра. Это такой кайф.

Подхожу к ней ближе, наклоняюсь, собираю бумаги, планшет, откладываю на тумбу. Глубоко вдыхаю ее запах, голова кругом. Хочу, дико, безумно, необузданно. Прости, моя королева, нежным я сегодня не буду, иначе меня разорвет от желания. Я месяц тебя не касался, не дышал тобой и не пробовал.

Беру себя в руки, ухожу в душ. Быстро моюсь, привожу себя в порядок и иду в постель к жене. Я мечтал об этом месяц. Ни одна самая комфортная кровать не заменит мне супружеской постели.

Яна уже спит на животе, обнимая подушку с моей стороны. Ты тоже скучала, моя сладкая?

Забираюсь на кровать, стягиваю с жены одеяло, отшвыривая на пол мешающую тряпку. На Яне какая-то тонкая маечка, трусики, и, мне кажется, что это пиз**ц как сексуально, встает мгновенно, только от запаха, от вида спины, упругой попки.

Целую ее плечи, вжимаясь стояком в попу.

— Леван, — сонно мурлычет Яна.

— Привет, — прикусываю плечо. Она хочет развернуться, но я не позволяю, вжимая в матрас. — Лежи пока так.

— Почему не предупредил?

Начинает вилять бедрами, подогревая меня еще больше.

— Хотел застать любовника.

— Нашел? — смеется. Я не вижу, но точно знаю, что закатывает глаза. Да верю я ей. Знаю, что верна, что даже не думает про других, но это все равно не мешает мне ревновать.

— Нет, вам повезло в этот раз, — шучу я.

— Как я скучала по твоим закидонам, — смеется она.

— Я тоже дико скучал, моя королева, — всасываю кожу на ее шее. — Поэтому прости меня.

— За что?

— За то, что растерзаю тебя сейчас.

Дёргаю ее бедра, немного приподнимая, отодвигаю трусики в сторону и скольжу пальцами внутрь, продолжая покусывать ее шею.

Да! Да! Да! Я дома!

— Скажи мне, как ты скучала? — требую, одновременно входя в нее двумя пальцами, растягивая, поглаживая точки нашего удовольствия, кусая мочку уха, пытаясь дать моей женщине немного нежности, зализываю укусы языком. — Говори! — рычу, чувствуя, как содрогается.

— Очень скучала, — постанывает она.

— Мало, попробуй еще, — собираю влагу, выскальзываю из лона, нажимаю на клитор, массирую.

— Безумно скучала, — выдыхает Яна, сжимая края подушки, когда я снова скольжу внутрь, уже глубже.

— Еще! — уже сам глотаю воздух, но еще пытаюсь тормозить.

— Я не дышала без тебя! — выкрикивает она, когда снова массирую клитор. Еще немного, еще чуть-чуть ласкаю ее тело, целуя, оставляя засосы, растирая пульсирующий клитор, прежде чем сорваться в пропасть.