Морозный, порывистый ветер сразу пробрался под одежду, заставив поежиться, но Ирина никак не отреагировала. Ей было совершенно все равно, не чувствовала ни холода, ни ветра. Внутри полыхало такое пламя отчаяния, что заглушала все остальные чувства.

— Моего водителя сейчас нет… — с трудом выдавила она из себя, обращаясь к Стасу. — Подвези меня. Я не могу… сама за руль, — мельком взглянула на свои трясущиеся руки и направилась к его машине.

Стас лишь пожал плечами и двинулся следом.

— Не вопрос, — щелкнул брелоком, снимая сигнализацию. — Куда едем? Домой?

— Домой? — Ирина растерянно захлопала глазами, сама не зная, чего хочет.

Просто подальше отсюда. От всего этого кошмара, что так резко на нее обрушился. — Нет… Куда… Я не знаю… Я сумку и плащ не взяла… Не важно… Поехали…

Села на переднее сиденье рядом со Стасом и обхватила себя руками, чтобы скрыть дрожь. Он лишь мельком взглянул на нее и послушно завел двигатель.

— Так куда?

— К реке… Там, где парк… Знаешь?

— Ир, какой нахер парк? — сокрушенно возразил Стас, глядя в окно, на начинавшуюся метель. — Ты погоду видишь?

Ирина вдруг вздрогнула всем телом и вжалась в спинку кресла.

— Волков! Езжай уже куда-нибудь!

Он проследил за ее взглядом и увидел, что во двор отдела въехал автомобиль Шугарева. Быстро сообразив, что к чему, резко нажал на газ. Машина резво тронулась с места и пронеслась мимо на большой скорости. Тот разговаривал по телефону и даже не посмотрел в их сторону.

Непогода разгуливалась все сильнее, ухудшая видимость до критического минимума, но Стас не останавливался. Уверенно управляя автомобилем, ехал в этот гребаный парк, о существовании которого даже не подозревал.

Ирина смотрела в окно и молчала, но он интуитивно чувствовал, как она напряжена, словно натянутая струна. Надо было что-то с этим делать, но что — Стас не имел ни малейшего понятия. Вспомнив о проверенном средстве, потянулся к бардачку и достал из него фляжку с виски.

— Держи, должно помочь, — протянул Ирине. — Вискарь. Хороший. Глотни пару раз.

Ирина послушно взяла и только собралась открутить крышку, как руки заходили ходуном. Фляжка скатилась на пол, и из горла вырвался странный хрип. Обрывки картинок замелькали перед глазами, вызывая глубокое недоумение.

Наручники на запястьях. Горячие губы на теле. Хриплые стоны наслаждения. Его и ее. Не может быть! Нервно кусая губы, Ирина повернулась к Стасу, но посмотреть в глаза смелости не хватило.

Стас сразу же почувствовал неладное и, съехав на обочину, нажал на тормоз.

— Ир, ты чего? Плохо, да? — повернулся к ней, рассматривая бледное лицо и дрожащие губы."

"Ирина подняла на него полный смятения и ненависти взгляд, в котором он прочел ответы на все свои вопросы.