Она похолодела, произнося эти слова, но знала, что права.

– Заросли свидетельствуют о наличии воды, – добавил Аксель.

– Курс на остров, – громко приказал Дорофеев. – Швартовочной команде приготовиться к посадке. – После чего понизил голос и следующую фразу произнёс только для Киры и Крачина: – Твёрдая почва под ногами взбодрит людей. Я выведу их из цеппеля и расскажу, что мы будем делать дальше.

* * *А чтобы ещё больше поднять моральный дух команды, Кира предложила Дорофееву провести весьма значимую для Астрологического флота церемонию, и капитан согласился.

Но прежде требовалось совершить посадку.

Скепсис Акселя оказался преждевременным – остров оказался большего размера, чем путешественникам показалось сначала, однако густые заросли, среди которых то и дело попадались одиночные скальные столбы, делали его весьма неподходящим для приземления цеппеля, поэтому Дорофеев принял решение садиться на довольно широкий – метров сто, не меньше – пляж. Зато облёт острова подтвердил первоначальное впечатление – он оказался необитаемым. Определив скорость и направление ветра, Базза подвёл «Амуш» к пляжу, находящемуся с подветренной стороны, который рассекала впадающая в океан речушка, опустился до пятидесяти метров и отправил наземную команду в «корзине грешника».

Оказавшись на пляже, цепари закрепили сброшенные якоря в обломках скал, после чего электрические лебёдки подтянули цеппель к земле. И всё это время их прикрывала вооружённая команда Акселя. Когда же «Амуш» оказался у земли, Крачин завёл отряд в лес, но, не обнаружив в зоне досягаемости опасных животных и даже их следов, вернулся на пляж, не забыв выставить у опушки наблюдательные посты.

Только после этого Дорофеев разрешил команде сойти на берег. Но не «погулять», а заняться неотложными делами: медикус Хасина и его небольшой отряд отправились к реке – взять пробы воды и выловить «пару-тройку образцов местной ихтиологии» для дальнейших исследований; остальные занялись осмотром «Пытливого амуша» и необходимым наружным ремонтом – после многочисленных столкновений в Трио Неизвестности и прыжка сквозь идеальный шторм цеппель в нём очень нуждался. Работа спорилась, и если у цепарей были вопросы – а у них были вопросы! – их пока держали при себе.

И потому что понимали, что «Амуш» необходимо привести в порядок – ведь только на нём можно вернуться домой; и потому что перед высадкой Дорофеев объявил, что по окончании работ проведёт общее собрание экипажа. Услышав это, цепари работали споро, но закончили – с перерывом на быстрый обед – только через шесть часов. Цеппель подлатали, проверили и отрегулировали рули и закрепили расшатавшуюся мотогондолу.