В этом мне помог лист бумаги с буквой К, оставленный им возле тела матери. Высокомерный ублюдок. Я заставил его признаться и с трудом удержался, чтобы не свернуть ему шею. Он много лет гнил в тюрьме.

Реджина промокнула глаза платком, который достала из ящика прикроватной тумбочки.

– Как он оттуда вышел?

Даффин пожал плечами.

– Мне тоже хотелось бы это знать. Через шесть лет после того, как он оказался в тюрьме, мне сказали, что его убил сокамерник. Я отправился на похороны и плюнул на его могилу.

– И я не осуждаю тебя за это, – сказала Реджина. – На твоем месте я поступила бы так же. Но если Куинтона Ноулза убили в тюрьме, каким образом он воскрес?

Даффин коснулся щеки Реджины, и выражение его лица смягчилось. А мисс Хевершем задрожала от такой невероятной нежности, проявленной Даффином после жестокого рассказа о своем прошлом.

– В процессе своих расследований я видел худших из людей, Реджина. Полагаю, он инсценировал свою смерть, подкупив нужных людей.

– Представляю… – Она глубоко вздохнула. – Но почему Ноулз убил твою мать? Ты это выяснил?

– По той же самой причине, по которой похитил тебя. Кто то ему заплатил.

– Кто? – выдохнула Реджина."

"– Мой отец.

Глава 38

Даффин вышел в коридор и, закрыв за собой дверь, прикрыл глаза рукой. Он рассказал Реджине правду о том, что его отец нанял убийцу для матери собственного ребенка. А ведь он никогда не признавался в этом прежде. Не рассказывал ни единой душе. Ему было стыдно, и причин для этого имелось несколько. Но между ним и Реджиной установилась особая связь, и отрицать это не было смысла. Дни, когда он раздумывал над тем, увидит ли ее снова, стали для него настоящим адом. С того самого момента, как Даффин обнаружил ее без сознания на полу наемного экипажа, ему было трудно дышать – таким всепоглощающим было облегчение, и теперь ему не хотелось снова пережить такой страх.

– Она ни в чем тебя не винит, ты это знаешь?

Даффин отнял руки от лица и увидел перед собой Николь. Он даже не заметил, как она появилась.

– Знаю. Хотя должна.

– Нет, не должна.

Даффин сжал кулаки.

– Я разорву этого сукина сына на куски, когда найду.

Николь потрепала его по руке.

– Успокойся. Гнев тебе не поможет. Идем со мной в кабинет. Обсудим, как действовать дальше.

– Приду через минуту, – сказал Даффин.

В глазах маркизы вспыхнули озорные искорки.

– Должна сказать, я очень разочарована тем, что ты даже не попытался поцеловать Реджину, пока был с ней.

– Прошу прощения? – Оуклиф удивленно вскинул бровь.

– Ей особенно нравятся твои наручники. Она не раз о них упоминала, – подмигнула Николь.

Рот Даффина открылся помимо его воли и он ошеломленно посмотрел вслед спускающейся по лестнице маркизе.