— Иди в машину. — бросил дочери не состоявшийся Сережин тесть.

— А ты, — ткнул указательным пальцем в грудь Сереже, — про шантаж песню спел, денег из Ленки решил под шумок покачать? Наивный. Я все ее расходы контролирую. Короче дружок, ровно сутки, и чтобы тебя в Москве не было. Ослушаешься, пеняй на себя.

Представительский мерседес с визгом стартанул с места. Мой бывший муж тоскливо смотрел ему вслед. Может оттого, что машина уехала, а может оттого, что сам Сережа не мог, ни уехать, ни уйти, потому что Баринов, крепко держал его за воротник пиджака…..

=8=

Остановленный таким нетривиальным способом, Сергей являл собой жалкое зрелище: втянул голову в плечи, ссутулился и кажется ниже ростом стал.

— Ты забыл извиниться перед Ариной Михайловной. — мрачно цедит Баринов, не выпуская из захвата, разворачивает Журавлева лицом ко мне.

Серое лицо у Сережи. В глазах — вселенская тоска.

— Отпустите. Я не убегу, — подобие горькой ухмылки кривит побелевшие губы бывшего, — вы меня достаточно унизили, что еще нужно?

— Проблемы со слухом? Повторяюсь: ты забыл извиниться перед Ариной Михайловной. — медленно проговаривает Константин Баринов, воротник выпускает, брезгливо отряхивает руку. От Сережи не отходит.

— Прости Арина. — безжизненным голосом бубнит Журавлев глядя мимо меня. — Прости. Не знаю….нашло что — то. Не хотел. Если бы знал, что ты осталась в компании, не полез бы туда. Все глупо…

— Ну я пожалуй здесь лишний, — басит банкир Самохин, наконец догадавшийся нажать на пульт, опустить вниз въездные ворота. Достает из багажника минивэна плетеную корзинку, до верху наполненную манго. — пойду делать смузи, я сегодня за повара, и за бармена.

— Арина. Я…правда не ожидал, что Ленка на тебя набросится. Она такая тихоня… — лепечет Журавлев. — я хотел как предлог… ты же не оставила бы меня на должности, я не идиот, чтобы этого не понимать. Вот и наплел про шантаж, вечером собирался сказать, что не смогу работать в таких условиях. Хотел просить Валерия Николаевича помочь с работой….

Говорят: люди не меняются, они просто показывают свою сущность в зависимости от ситуации. Не знаю. Неужели Сережа всегда был таким…Господи, да о чем я? Когда мы были вместе, я даже не задумывалась, какой он. Любила до одури, и все. А теперь, передергивает от отвращения. Пора это шоу прекращать.

— Бог простит. — бросаю жалобно лепечущему Сереже.

— А я помогу ускорить с ним встречу, — хмыкает Баринов.

Сережа вскидывает голову. Нервно сглатывает.

— Презираете меня? Конечно, легко быть благородными рожденным с серебряной ложкой во рту. Все на блюдечке с голубой каемочкой! А таким как я — объедки с барского стола. Или горбатиться как раб на галерах…

— Арин, прости заранее, но я скажу.