— Ты уверена?

— Да.

Его рука поднимается к моему правому плечу, рывок и последняя бретелька порвана. Платье жидким облаком ложится к моим ногам. Я стою перед ним лишь обнажённая. Он обнимает за талию и притягивает к себе.

— Я сделаю так, что ты будешь молить меня.

— Нет.

Пусть я и раздета, но сейчас я чувствую себя намного увереннее, чем пару месяцев назад.

— Никогда не буду. Если ты думал, что мне нужны твои деньги, то ты ошибаешься. И я не позволю тебе больше говорить всем, что купил меня. Я заработаю эти деньги и отдам. Тогда ты меня отпустишь?

Смотрю в его глаза. Взгляд не опускаю.

Мне не видно его лица из-за темноты вокруг нас, но мне хочется верить, что он хотя бы задумался.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты моя жена. И мне это чертовски нравится.

Глава 27

— А как же твоя помощница Наташа? Почему ты можешь мне изменять? Ты назначаешь ей ночью встречу, а мне предъявляешь за обычный разговор с другим мужчиной. Это несправедливо!

Меня трясёт. Потряхивает крупной дрожью. Я обхватываю себе руками, пытаюсь успокоиться.

— Что за ерунду ты несёшь? Тебе во сне приснилось?

Он подходит ко мне и начинает растирать предплечья.

Не вяжется у меня в голове его забота с недавним унижением.

— Не трогай меня, — отступаю назад. — Ты думаешь, можешь сначала унизить меня перед всеми, а потом просто подойти и сделать вид, что ничего не было? Нет, Кирилл. Так не получится. У меня память не как у рыбки Дори тридцать секунд.

— Я не унижал тебя перед всеми. Меня слышал только твой закадычный друг. И сказанное было адресовано только ему.

— Это мой бывший одноклассник. И мы не виделись с ним лет семь. А ты выставил меня шлюхой. Тебе ли не знать после всего, что ты видел, какого он был обо мне мнения, когда мы учились… — к своему ужасу, понимаю, что реву. Щёки мокрые от слёз. И не могу остановиться. — Ты монстр. Тебе нравится издеваться надо мной. Нравится, когда мне больно. Это ненормальное поведение Кирилл. Так поступают только садисты.

Он хочет обнять меня, но я снова делаю шаг назад.

— Мне неприятны твои прикосновения.

— С каких пор?

— С тех самых, когда ты всё разрушил.

— И что же я разрушил?

Я готова зарычать от его тупости. Бесит!

— Всё — наши отношения, нашу семью, чувства.

Снова шагает ко мне, а я упираюсь в стену.

— Мне кажется, у тебя слишком бурная фантазия. Оттого что я сказал этому придурку, что ты моя, конец света не случился. Между нами всё та же страсть. Разве нет?

Кирилл отводит мои руки назад с лёгкостью, даже не обращая внимания на мои попытки оттолкнуть его. Прихватывает сосок пальцами и трёт его между ними. Волна жара тут же проносится по моему телу, которое совершенно перестало подчиняться мозгу.

— Я не хочу тебя, — злобно цежу сквозь зубы.

— А, мне кажется, ты врёшь.