Поняла?

Кивнуть не могу, он всё также держит меня за волосы, поэтому дрожащим голосом отвечаю:

— Да, — мой голос еле слышно, и чуть громче добавляю. — Но один раз ты всё-таки это сделал.

— Я этого не помню. И слава богу. Я уверен ты и трахаться-то нормально не умеешь. Ну что? Хочешь ещё развод?

— Нет, — по щекам одновременно скатываются две слезы.

Их вид будто отрезвляет Кирилла. Он отпускает мои волосы, отстраняется от меня. Идёт к двери и бросает через плечо:

— Приведи себя в порядок. Выглядишь как шлюха.

Его слова бьют больнее ножа. Ненавижу его. Ненавижу.

Глава 3

— Мамочка, ты плакала? — шепчет мне Илюша и обнимает за шею.

— Что ты? Нет, конечно.

— У тебя глаза красные.

Он трогает пальчиками припухлости под глазами. Я почти час просидела в холодном душе, чтобы остудить лицо, но дети они такие чувствительные. Моего Илюшку не провести. Ему порой и видеть не надо, он всегда чувствует моё настроение.

— Просто спать хочу. Глаза устали. Так что давай ложись скорее спать. И засыпай.

Кладу сына в постель, укрываю одеялом и подтыкаю его со всех сторон, чтобы ничего не свисало с кровати.

— Расскажи сказку. Расскажи.

— О нет, — закатываю глаза в притворном обмороке.

— Ну мамочка, ну, пожалуйста. Хочу сказку.

— Ну хорошо. Только недолго, — отказать сыну я не могу. — Что тебе рассказать?

— Новую сказку хочу.

— Ну тогда…тогда я расскажу тебе про мир Волорокам. И про охотника на монстров, который живёт там. Он помогает жителям и спасает от всяких страшных монстров. Зовут его Равн. Аравелинг Одейр Ворон его настоящее имя, но он скрывает его от всех."

"Сынишка слушает внимательно. До четырёх лет я перечитала ему все сказки, какие были на несколько раз. А потом начала сочинять сама. Илья любил мои сказки, а мне нравилось рассказывать ему истории, которые давно уже держала в голове. Сколько себя помнила, всегда мечтала писать. Я и училась всегда хорошо. Все книги по школьной программе были прочитаны мной на несколько лет вперёд. Обожала «Гарри Поттера» и «Властелина колец» и мечтала написать свою историю, которую когда-нибудь опубликуют в издательстве. Но мечты остались мечтами, особенно после того, как мама развелась с отцом. Потом появился отчим. Первый, второй, третий. Мама начала пить. Мужчины все меньше были похожи на мужчин. А мне, чтобы прокормить себя, приходилось подрабатывать везде, где брали несовершеннолетних. Летом я ходила в лес по грибы и ягоды, потом продавала. Зимой мыла подъезды. О каком писательстве можно было думать, когда я даже уроки делала в подъезде. Пьяные гулянки матери становились всё затяжнее. Когда исполнилось семнадцать, я сбежала. Собрала свои скудные пожитки и уехала в другой город.