У меня даже возникли крамольные мысли, а точно ли это была ошибка, или это всё подстроил Гордей? Неужели врет мне в лицо, как любит меня, а сам хочет избавиться, чтобы продолжить разгульный образ жизни?

Несмотря на уговоры Люды, я всё же решила уйти самовольно из больницы.

Плана, как такового не было, и я решила поехать к родителям отца в деревне. Они всё равно давно звали меня к себе погостить. Пусть деревня находилась в трехста километрах от города, но я готова была вытерпеть дорогу, чем оставаться здесь, где мне в любой момент могли навредить.Поеду поживу у родителей в деревне.

Не теряя ни минуты, я встала, собрала свои вещи, схватила сумку, которую принесла мама, попрощалась с Людой, поблагодарив ее за поддержку, и вышла из палаты.

Вот только когда я подошла к выходу из больницы, меня остановил охранник.

– Вам запрещено покидать больницу. Пройдите обратно в палату.

– Я что здесь, пленница? Это государственная больница, вы не имеете права меня удерживать!

– Жалуйтесь главврачу. Это ее распоряжение.

Ее распоряжение? Но почему? Неужели Гордей предвидел, что я могу сбежать, и заплатил ей денег? И теперь я пленница в этой больнице?

Главврача на месте не оказалось, скандал на ресепшене ничего не дал, и мне пришлось возвратиться в палату, так как организм у меня просто устал, и мне нужна была передышка. Так что следующий час мои возмущения слушала одна Люда.

– Ой, на эту не пожалуешься, – сказала она после. – Жена префекта, как никак.

– Префекта?

– А ты не знала? Дмитрия Львовича Ржевского. Состоятельный и весьма влиятельный мужик. Говорят, с бандитами даже вас-вась.

Дмитрия Ржевского… Ржевского…

Это ведь он отец Ани, секретарши Гордея.

Глава 4

Работой мужа я интересовалась мало, но всё равно знала, что у Гордея с Дмитрием Ржевским были общие дела, касающиеся тендеров. Поэтому, когда тот попросил устроить на работу его непутевую дочь, которая всё свое время прожигала в клубах, Гордей не смог отказать своему компаньону.

В тот период меня мучил сильный токсикоз, и всё это прошло мимо меня, но когда я однажды пришла в офис, то увидела там Аню в лице его секретарши.

Мы с Гордеем с самого начала договорились, что я не буду лезть в его работу и устанавливать там свои порядки, поскольку для него это всегда был главный страх номер один, поэтому он так скептически относился к браку.

Я же была так в него влюблена и вдохновлена примером родителей, когда отец был в семье главным, что у меня даже мысли не возникло предъявлять ему какие-то претензии."

"Жаль, что тогда я не знала, что дело было вовсе не в его страхе, а в том, что он просто думал, куда присунуть своё хозяйство поудобнее. А я в его глазах должна была быть молчаливой женой, которой легко заткнуть рот. Розовоочкастой дурой.