На следующий день она вылизывала квартиру, перекладывала вещи в шкафах ровными стопочками и каждый час вытирала пыль, с завидным постоянством налипающую на все гладкие поверхности, имеющиеся в доме. Кульминацией стало оттирание старенького линолеума в кухне. Пришлось действовать всеми доступными способами, пригодился даже ластик. Несколько раз звонила мама, которой Маруся неубедительно врала, будто делает маникюр, педикюр, меряет платье, в общем, занимается делами, которые считаются обычными для нормальной невесты накануне свадьбы.

Около пяти часов вечера прогремел дверной звонок. На пороге стояла неопределенного возраста неопрятная тетка с мелкой химией в пегих волосах. Пробуравив Марусю маленькими злыми глазками, она молча протиснулась в коридор, занеся огромный баул с позвякивающими внутренностями и проехав по Марусиным ногам колесами безразмерной сумки.

– А, м-м-м… Вы… – Маруся не была уверена в том, что это и есть будущая свекровь. Почему-то она решила, что Виктор встретит маму, привезет домой и оформит знакомство должным образом. Но, похоже, тонкости этикета его не волновали.

– Ты, что ль, Марина? – низким хрипловатым голосом поинтересовалась гостья.

– Я, – послушно кивнула Маруся.

– Че-то тощая ты и страшненькая какая-то, – порадовала ее родственница. – Ну, будем знакомы: Раиса Гавриловна я, свекровка твоя, значит. Вот!

– Очень приятно. – Маруся была шокирована. Крестьянская непосредственность будущей родственницы пугала.

– А это – гостинцы. – Тетка ткнула пальцем в сторону кулей.

– Спасибо, – вежливо произнесла Маруся.

– Пожалуйста, – усмехнулась тетка. – Чего уставилась? Прибирай!

Маруся не поняла. В коридоре чисто. Что не понравилось свекрови и что требовалось убрать, было неясно.

– Чего стоишь-то? – Мама явно была недовольна. – Вот кулема, прости господи!

Она отпихнула застывшую девушку и, схватив поклажу, потащила по коридору.

– Эй, тугоумная, где тут у Витьки кухня? – бросила она, не оборачиваясь.

Марусе ужасно захотелось поставить ее на место сообщением, что квартира не Витина, а ее. И наглая баба находится у нее в гостях, поэтому неплохо бы относиться к хозяйке с уважением. Но, конечно же, ничего этого она не сказала, а лишь понуро поплелась за теткой. Остановившись посреди помещения, мама довольно оглянулась и спросила:

– Газета есть?

– Свежая?

– Тухлая! – хихикнула Раиса Гавриловна.

– Нет, – растерялась Маруся.

– Да и ладно, – махнула рукой гостья и, расстегнув сумку на колесах, вывалила на свежевымытый линолеум картошку.

– Просушить надо, влажно в подполе было, – пояснила свекровь.

Маруся икнула. Дружба не складывалась. Взаимопонимание не налаживалось, более того: она ощутила по отношению к Раисе Гавриловне тихую отчетливую ненависть.