Затормозив чуть дальше, храмовник повернулся ко мне. Тут доски не выдержали, и монстр провалился. Ещё одна ловушка сработала, позволяя выиграть время.

Я посмотрел в сторону разрушенной лестницы. Оставшиеся твари не расстроились от её обрушения. Обладая могучей силой, один из них с прыжка зацепился за балку и споро полез ко мне. Не успел он залезть, как я одним ударом снёс ему голову. Обезглавленное тело рухнуло вниз и задёргалось. Монстр не спешил умирать, но и двигаться более не мог.

В этот момент вверх полезли сразу несколько монстров. Я понял, что если не поменяю позицию, то возникнут проблемы. Отбежав, я спрыгнул вниз, к провалившемуся недавно храмовнику.

Подранка без конечности и с разрубленным боком я догнал, когда тот ковылял к лестнице. Одним ударом наискось я срубил ему голову и часть плеча.

«Четверо убито, ещё шесть, — выдохнул я. — Похоже, игры закончились. Настало время для серьёзной работы».

Оказавшись на первом этаже, я получил возможность атаковать тварей со спины. Учитывая их сократившееся количество, я решил, что настало время для серьезного боя.

По позвоночнику пробежался холод, давая понять об усиленной трате ментальной энергии. Одновременно с этим всё вокруг приобрело небывалую яркость, а тело наполнила сила и ловкость. За плечом взрыкнул Хищник. Я погрузился в Кровавое наитие так глубоко, что слышал его дыхание.

Я настиг храмовников, не давая им применить свою мерзкую способность. А в здании они не могли реализовать численное преимущество. Теперь схватка пошла на равных.

Первых двух я обездвижил, попросту лишив всех конечностей. После этого, войдя во вкус, я просто погрузился в какой-то транс.

Монстры попытались атаковать одновременно. Но я видел и знал каждое их движение заранее и успевал ответить. Едва твари тянули лапы в попытке атаковать, как тут же лишались рук.

Удерживая такую «активную защиту», я то и дело умудрялся перехватывать клинок и действовать словно косой, отрубая головы. В первые секунды пришлось попотеть, но как только количество врагов уменьшилось, исход был решен.

Вскоре я снёс последнюю голову. Отлетев в сторону, она ударилась о стену и откатилась под ноги. Посмотрев вниз, я увидел застывшие глаза храмовника. Даже после смерти его взгляд вызывал отвратительное подавляющее чувство.

— Вот же дрянь, — поморщился я и ударом ноги отправил голову в угол.

Выход из Кровавого наития, как всегда, принёс дискомфорт. Как только я прервал поток ментальной энергии, подпитывающий умение, меня словно выбросило в серую реальность.

Тут же ощутились лёгкие симптомы ментального иссушения. Тело вспомнило, что принадлежит не идеальному существу, а всё ещё обычному человеку. Мышцы и связки ныли от напряжения. И тем не менее я был вполне доволен собой.