— Теперь ты знаешь все мои секреты, Муха, — Егор повернул к ней голову, слегка прищуриваясь от дыма, попавшего в глаза, — секреты... грязные тайны... всю подноготную.

— Тебе стало легче? — девушка робко шагнула к нему и остановилась рядом. Плечо к плечу. Почти.

— А должно было? — тёмные брови сложились домиком и сейчас он напоминал Даниэле того самого маленького Егора, с которыми они когда-то дружили в детстве. — Только не говори мне, что я должен был посещать психолога и прочую херь...

А ведь она не об этом...

— Я про другое, — она качнула головой, нарочно переводя внимание на себя, — Ты делал это со мной.

Тебе от этого было легче? Оно того стоило?

Парень скривил губы и, тихо усмехнувшись, бросил окурок в пепельницу. Хотелось закурить ещё одну, но это слишком.

— Нет, — уверенно произнёс, глядя ей в глаза, — нет, Даниэла. Легче мне от этого не становилось.

— Тогда зачем? — она поджала губы, походя на обиженного ребёнка, — всё это время? И сейчас? Я просто не понимаю!

— А разве плохие поступки поддаются какому-то объяснению? М? Им нет оправдания, Муха. Их просто делают. Прихоть. Больная действительность.

Дани продолжала смотреть на него своими большими зелёными глазами.

Он видел в них влагу. Она скапливалась в уголках, норовя превратиться в слезинки.

Это паршиво.

— Что теперь будет, Егор?

Вопрос сам сорвался с губ. Такой, казалось бы, простой... и невероятно сложный.

Егор не отрывал от неё настороженный и пробирающий до костей взгляд. Целая вселенная мыслей. И ни одного слова.

Его плечи как-то неуверенно дёрнулись. А уголки губ вдруг едва заметно задрожали. Он заметил это за собой и в ту же секунду растянул их в широкой улыбке. Такой ненастоящей. Ледяной и отталкивающей.

— Простим друг друга? И забудем?

Забудем?

Дани на какое-то время потерял дар речи.

Простим?

А ему есть за что её прощать?

— Я в чём-то виновата перед тобой, Егор? Всё ещё не веришь мне?

— Это так важно?

— Да! — прикрикнула на него, но тут же прикусила губы. Нервно тряхнула головой, собираясь с мыслями. — Это важно для меня! Потому что я не понимаю! До сих пор не понимаю, как я могла забыть что-то подобное! Я... Господи! Должно быть, это какая-то ошибка!

— Я видел тебя тогда. Ты шарилась по нашему заднему двору. — чересчур спокойно произнёс.

— Я был в подвале. Мы были. Я видел, как ты встала на четвереньки, заглядывая в окно. В своих ядовитых колготках и жёлтом дождевике.

Не может быть.

Она ничего такого не помнит!

Да, у неё был дождевик. Жёлтый. И эти колготки. Она обожала их.

Но она ничего не видела...

— Я... — запнулась, подбирая слова, — Егор... возможно я была там. Я не спорю. Но... я клянусь тебе, что не видела ничего такого. Я бы не молчала! Чёрт! Ты же знаешь меня, как никто другой! — злилась и буквально кипела от негодования.