Он пошел первым, а я остановилась на пороге, глядя на лестницу, уходящую в темноту, и дышала металлическим запахом крови. Вонь попытались замаскировать бытовой химией и освежителем, но она пробивалась.

Я вдохнула этот адский букет, и живот свело от страха. Было страшно идти в темноту, которая так воняет.

— Ты спускаешься? — спросил Феликс, он стоял на ступеньку ниже.

Вампир щелкнул выключателем и над нами вспыхнули мощные лампы дневного света.

Подвал оказался большим и напоминал морг. Внизу сильнее несло дезинфекцией и сосновым освежителем. Все это мешалось с тяжелым запахом крови.

В центре стоял длинный стол, у противоположной стены гудели длинные холодильники. На приборных панелях мигали зеленые огоньки. Сколько же здесь крови?

Стены и пол отделаны светлым голубоватым кафелем, но под самым потолком я увидела два прямоугольника, замазанные цементом. Они выглядели свежими. Я вспомнила поездку Феликса по магазинам, должно быть, цемент он купил, чтобы заложить окна.

— Это зачем? — кивнула я на стену.

— Чтобы свет не мешал днем.

Лоб Феликса покрылся испариной, а взгляд стал лихорадочным, как у тяжело больного человека.

Первые признаки, что эффект заканчивается.

Если я не собираюсь драться за свою шею, надо сваливать. Наблюдать его отходняк я не хочу даже с пистолетом в руках.

— Покажи, что в холодильниках.

Феликс начал юлить.

— Я бы хотел уберечь содержимое от перепадов температуры…

— Давай уже, — кивнула я.

Вампир вздохнул, но все же открыл замки и откинул крышку. На меня дохнуло холодом. Внутри оказалось несколько пластиковых баллонов и ряды пробирок, обернутых пленкой. Такие я купила вчера.

Я заглянула в каждый холодильник, потом заставила открыть шкафы.

Ничего компрометирующего не нашлось, не считая пары пакетов с порошками и ящика флаконов. Я повернула один этикеткой к себе — «Гепарин».

Феликс стоял у стены, сложив на груди руки, и кровожадно смотрел на меня. Правая кисть чуть заметно дрожала. Кровь из виска загустела, безобразной кляксой облепив одну сторону лица.

Пора валить.

— Пока я тебя не трогаю. Но если мне что-нибудь не понравится, я вернусь, — предупредила я.

— Еще встретимся, — пообещал он, когда я уходила.

Кажется, сегодня я нажила себе нового врага.

Я знаю вампиров: прощение не их сильная сторона.

Глава 27

Уже рассвело, когда я подъехала к дому.

Тело ныло, двигаться было больно — на адреналине я этого не замечала. Особенно сильно досталось ребрам, я настороженно пошевелила боками и слева тут же разгорелась боль. Стены у Феликса жесткие. Перелома вроде нет, и ладно. Хорошо хоть лицо в этот раз целое.

Дома я сняла кобуру и пошла на кухню. Сначала планировала выпить кофе, но спать хотелось так, что слипались глаза.