Пусть он оказался не таким, как тебе хотелось бы, но какого смогла – такого и нашла. И даже нашла деньги, чтобы заплатить ему. Все, милый, больше я ничего не могу для тебя сделать. Дальше давай сам.

Она встала, собираясь уходить. Георгий тоже поднялся, резко отодвинув стул. Металлическая ножка стула проскрежетала по асфальту так громко, что люди за соседними столиками обернулись и стали их разглядывать.

– Ты хочешь сказать, что ты такая же, как этот адвокатишка? Ты тоже бросаешь меня в трудный момент? Очень красиво, – зло проговорил Георгий.

– Я не бросаю тебя, – Ольга старалась говорить тише, чтобы окружающие ее не слышали, – я только хочу, чтобы ты сам тоже что-нибудь сделал для своего спасения, а не перекладывал все на меня.

Не я впутала тебя в историю с убийством, так почему я одна должна заниматься твоим освобождением? Только не надо мне рассказывать, что ты сделал это ради нашего будущего.

– Ах вот как ты заговорила…

На лице Георгия было написано неподдельное изумление. Ольга понимала, что такого он от нее, конечно, не ожидал. Она всегда была в его глазах покорной овцой, готовой бежать за ним по первому зову.

И теперь ее слова можно было расценить как бунт на корабле. Бунт, которому нет оправдания. И который должен быть безжалостно подавлен. Выходить из подчинения у командира не позволено никому.

Георгий схватил ее за руку, притянул к себе и прошептал в самое ухо:"

"– Не будем ссориться на людях. Я сейчас уйду, а ты подумай над своими словами и над тем, как сильно ты меня обидела. Я верил тебе, а ты оказалась трусихой и предательницей. Завтра, когда вернешься от сына, позвони мне, и мы поговорим о том, как будем строить наши отношения дальше.

Он оттолкнул ее и быстрыми шагами направился по бульвару в сторону метро. Ольга снова села за стол, испытывая мучительный стыд. Сцена разыгралась на глазах у десятка людей, которые с любопытством наблюдали за ними, и уходить вслед за Георгием означало бы поставить себя в положение догоняющей. Остаться стоять? Тоже глупо. Стоишь на всеобщем обозрении, как идиотка, и не знаешь, куда глаза девать. Она решила посидеть минут десять и спокойно подумать. Что ж, неизвестно, какой Георгий Дударев стратег, а тактиком он оказался блестящим.

Поняв, что Ольга сейчас уйдет, оставив его одного, он мгновенно сориентировался и переиграл всю мизансцену таким образом, чтобы уйти первым. Это он от нее ушел, а не наоборот. Это он первым по собственной инициативе прекратил разговор, а не Ольга. Иными словами, Георгий дал ей понять, что полностью контролирует ситуацию и так будет всегда. Так что пусть Ольга Васильевна не дергается и не считает себя свободной от обязательств. Свободной она станет только тогда, когда Георгий ей разрешит. И ни минутой раньше.