Он упал и, перевернувшись на спину, попытался выхватить какой-то артефакт, но не успел… Я налетел на него и одним ударом лапы отделил голову от тела.

— С этими делайте что хотите, — произнёс я, становясь человеком. И подойдя к голове, закинул её в кольцо, но сперва сделал фотографию и отправил Прохорову. Пусть покажет тому полицейскому. Его спонсору теперь немного нездоровится.

— Постой! — только я наклонился, чтобы подобрать трофейные клинки тех братьев-акробатьев, как раздался крик бандитки.

— Чего тебе, мелочь?

— Мне двадцать четыре, сам ты мелочь! — выкрикнула обиженная девушка и губы надула.

— Ого! Да вы старше меня, тётушка!

Ответа не последовало, но клинок девушки сильно засиял магией, и если бы не тот факт, что я сильнее, мне сейчас стоило испугаться…

Что она от меня хотела, я так и не узнал, так как попросту ушёл. Но не прошло и минуты, как мне позвонил Прохоров. И «вежливо», почти без матов, поинтересовался, почему все городские службы стоят на ушах из-за нападения чудовищ на городской порт.

Ну я и стал полубьякко и, показав большой палец, сделал селфи, а затем скинул фотографию пылающего склада с описанием, что там произошло.

В общем обижают меня, злодеи окаянные. Убить пытаются…

Так что всё сугубо в мерах самообороны! Честное Зябликовское. Но почему-то мне не особо поверили… Ну и ладно.

Где находится отель, я примерно понимал вот только… Блин. Обращаться в монстра нельзя. Снова всех перепугаю, и меня точно снова арестуют…

(кор) — Стоять!

Я шёл себе и размышлял. Слева склады, справа склады, как вдруг подъехала полицейская машина, и из неё выскочили две миниатюрные девушки полицейские.

Метр с кепкой… В руках пистолеты и наручники. Лица красные, что-то мяукают мне, машут руками и на машину указывают.

Блин… Меня снова арестовывают!

Ладно. Боюсь, если сбегу, мне более тяжёлые обвинения смогут предъявить. Так что сел в машину и поехал… Причём в тот же самый полицейский участок. Похоже, мне здесь пора арендовать кабинет или личную камеру…

Надеть на меня наручники они не смогли, запястья слишком широкие. Так что, пока ехали, успел одеться. И входил в участок в хорошем костюме.

— Зябликов? Опять?! — в вестибюле как раз находился Прохоров со своими людьми.

— Снова, — развёл я руками. — Не представляю за что.

А две полицейские начали мяукать, общаясь со здоровяком, который был с Прохоровым, и тот в голос расхохотался.

— Его арестовали за то, что голым ходил, — объяснил здоровяк.

— Зябликов… — глаз Прохорова начал дёргаться.

Вздохнув, я резко обратился в Бьякко, до чёртиков перепугав девушек. А мой костюм разорвало на части, после чего я вновь обратился человеком. И, скинув с себя рваньё, начал одеваться.