"

"— Ты не представляешь, как мне обидно, — девушка строго посмотрела на меня. — Меня всегда сравнивали с мамой. С ранних лет! А ещё это: «твоя мать в твои годы уже ходить могла». Впрочем, можешь вместо этого подставить что угодно. А потом, когда я подросла, люди начали тыкать на всё остальное. Она красивее тебя, умнее, талантливее… Да, я осознаю, что мама не виновата во всём этом, но капец как обидно!

Оля топнула ножкой, отчего едва не сломала каблук своих туфель.

— Осознаёшь, но при этом не хочешь ничего делать, потому что «Боромир сделал бы лучше»… — вздохнул я, вспоминая один старый фильм.

— Да. Потому что я слабая. Да даже здесь, — она провела рукой по воздуху, демонстрируя огромный банкетный зал, — без тебя меня сожрут. Так… ты чего улыбаешься?.. Не нравится мне твоя улыбка…

— Говоришь, слабая? — продолжил я улыбаться, а глаза блестеть. — Это мы исправим! Подкачаемся, где надо. Устроим тренировочный марафон. Двенадцать часов в день это тренажёры и бег, потом правильное питание, магическая банька и десятичасовой сон.

— Да не в этом смысле слабая! — топнула она и попятилась назад. — Не нужно мне быть твоей женской копией.

— В здоровом теле здоровый дух! — возразил я. — Да и согласись, когда одним лещом можно снести голову с плеч, ты будешь чувствовать себя куда более уверенной.

— Что-то я, представив это, даже забыла, что обиделась… — вдруг заулыбалась она. — Но всё это нереально. Ты не сможешь мотивировать меня достаточно сильно. Так… пожалуйста, не улыбайся так… мне становится страшно и хочется в ужасе убежать.

— Хорошо, оставим этот разговор на потом.

— Лучше забудь про это!

Я лишь мило улыбнулся в ответ. Есть у Зябликовых одна тренировочная методика… Весьма простенькая закалка тела.

Делает человека сильнее, крепче и выносливее. Даже Машка легко осилила бы эту методику. Но обычный человек, скорее всего, умрёт. И весьма болезненно…

К счастью, девчата уже не обычные люди. Справятся. Наверное…

— Я попала, да? — она обречённо вздохнула, а я закивал. — Ладно. Просто доверюсь тебе. Как обычно. А теперь пошли, поедим. Что-то из-за стрессов я проголодалась.

Она взяла меня за руку, и мы, выбрав стол, где еда повкуснее на вид, направились к нему. И тут…

— Вы только посмотрите на них, словно отец и дочь, — пока мы шли, я услышали женские голоса.

Кинул взгляд на говорящих, а это три дамочки лет тридцати. Красавицами их не назвать.

— Они ещё и целовались, фу, — добавила женщина с круглыми щеками. Казалось, она хомяк и засунула в щёки яблоки.

— Да-да, сразу ассоциации с инцестом. На его фоне она кажется маленькой девочкой. Может, он педофил? — а это уже похожая на змею. Высокая и тощая как змея.

— Они из шайки наших врагов, — пояснила Оля, даже не оборачиваясь на них.