Мне с преступницами говорить не о чем, - дает ясно понять, что разговор завершен. – А ты чего стоишь как истукан? – обращается к Ивану. – Иди своих принцесс провожай, вместе веселились, вместе и за банкет будете платить.

Иван спешит к выходу, молча открывает дверь и покидает жилище. Вместе с матерью мы делаем то же самое.

Слышу, как за нашими спинами хлопает дверь и прокручивается замок.

- Ва-а-а-нь, - зову супруга своей сводной. – Помоги, пожалуйста, куда нам теперь? А я, между прочим, беременная, тяжести носить нельзя. Бросишь меня с малышом на улице? – смотрю на него невинными глазами и пытаюсь сообразить, как вырулить патовую ситуацию, в который мы оказались с матерью. Кроме болвана Ивана в данный момент не на кого рассчитывать. Придется снова ему плести о любви и желании…

Глава 24. Иван. Достали!

- Соня, ты бы хоть определилась, беременна ты или нет. Сначала душещипательная история с падением на пол и наматыванием соплей на кулак, о том, что ждешь от меня ребенка и не желаешь быть матерью одиночкой. Затем показательные выступления, с уверением, что я идиот, врун и просто беспринципный человечишко, который сочиняет на ходу небылицы о твоем положении, а ты можешь поехать в любую клинику и взять справку, чтобы доказать обратное. И вот, спустя двадцать минут, снова беременна. Тебе не кажется, что происходящее больше смахивает на биополярку? – возмущаюсь и вхожу в лифт.

Женщины торопятся, чтобы оказаться со мной в одном пространстве и не дать спуститься и уйти одному. Наспех втискиваются с чемоданами, и Татьяна Петровна нажимает цифру ""1"".

- Вань, это была необходимость. Я просто не могла допустить того, чтобы Ксюша узнала о нашем совместном ребенке. Ты хочешь, чтобы она травила меня все девять месяцев? Не дай Бог караулила и угрожала, пытаясь нанести вред малышу? Нет уж, я не могу так рисковать своей долгожданной беременностью.

Долгожданной…

Она в своем вообще уме?"

"- Соня, ты несешь настоящий бред. Ксения никогда не стала бы заниматься подобной ерундой, если не заметила, она вообще сразу от нас открестилась и даже не попыталась меня вернуть, - произношу с обидой в голосе.

До сих пор очень неприятно, что Ксюша не убивалась в рыданиях, не падала в ноги и не умоляла ее не бросать. Хотелось видеть ее страдания, желание меня вернуть, отбить у сводной сестрицы, но нет… Она озаботилась исключительно финансовой стороной измены, стала требовать вернуть деньги и угрожать, что от дележки квартиры я ничего не получу.

Смотрю на Софию, она стоит напротив и заметно напряжена. Вижу ее красивое лицо, идеальную кожу, спортивное подтянутое тело и понимаю… девушка меня больше не привлекает. Я словно насытился ею: для интимных утех уже использовал, а для душевных толкований Соня для меня слишком примитивна.